Что случилось с г-н Вальдемаром, Чт. 3

Любопытство их было возбуждено. Доктор Д. решил остаться при больном на всю ночь. Доктор Ф. ушел, но обещал зайти рано утром. Остались мистер Л., сиделка и служитель. Мы оставили Вальдемара в покое до трех часов утра, Когда я подошел к нему и убедился, Что состояние больного ничуть не изменилось с ухода Доктора Ф. Он лежал в той же позе, Пульс был незаметен, дыхание очень слабое, Его можно было заметить, только прикладывая зеркало К губам. Члены, окоченевшие, холодные, Как мрамор. Но смерть, очевидно, Еще не наступила. Подойдя к больному, я попытался заставить его правую Руку двигаться по разным направлениям вслед за моей Рукой. Я и раньше пробовал этот опыт, Но всегда безуспешно, а теперь и подавно не Рассчитывал на успех. Но, к крайнему моему удивлению, Рука больного исполняла вслед за моей целый ряд Движений. Правда, медленно, но послушно. Тогда я решился заговорить с пациентом. "Господин Вальдемар, спросил я, Вы спите?" Он не отвечал, но я заметил, что губы его Задрожали, и повторил вопрос несколько раз. После третьего раза легкая дрожь пробежала по его Телу. Веки приподнялись так, что можно было Разглядеть белую линию глазного яблока. Губы тихонько зашевелились и произнесли чуть слышным Шепотом: "Да, теперь заснул. Не будите меня, оставьте умереть в этом состоянии". Я пощупал конечности, они, как и раньше, Казались окоченевшими. Правая рука по-прежнему следовала за движениями моей Руки. Я снова спросил: "Вы все еще чувствуете боль в груди, Господин Вальдемар?" На этот раз ответ последовал Немедленно, но еще более слабым голосом: "Никакой боли. Я умираю". Я не хотел больше тревожить его и оставил в Покое до прихода доктора Ф., который явился на Рассвете и был очень удивлен, застав пациента еще в Живых. Пощупав ему пульс и приложив к губам зеркало, Он попросил меня предложить больному какой-нибудь Вопрос. Я послушался и спросил: "Господин Вальдемар, вы все еще спите?" Как и раньше, прошло несколько минут, Пока умирающий ответил. Казалось, он собирался с силами. Только когда я повторил вопрос в четвертый раз, Последовал почти неслышный ответ: "Все еще сплю, умираю". Врачи находили нужным, вернее, Желали оставить Вальдемара в этом состоянии, По-видимому, спокойном до самой смерти, Которая должна была наступить через несколько минут. Я, однако, решился поговорить с ним еще и повторил Прежний вопрос. Пока я говорил, состояние больного Резко изменилось: веки медленно приподнялись, Глаза закрылись, кожа приняла мертвенный вид, Побелев, как бумага. Характерные чахоточные пятна, резко выделявшиеся на Щеках, внезапно погасли. Я употребляю это выражение потому, что они исчезли Мгновенно, как гаснет свечка, если на нее дунуть. В то же время верхняя губа приподнялась над зубами, Нижняя отвисла, и рот широко открылся, Обнаружив распухший, почерневший язык. Кажется, нам не привыкать было к покойникам. Тем не менее, при виде этого отвратительного и Ужасного зрелища все бросились прочь от кровати. Теперь я достиг такого пункта в моем рассказе, Который, чувствую, возбудит недоверие читателя. Но мне остается только спокойно продолжать. Тело господина Вальдемара не обнаруживало ни Малейших признаков жизни, и мы уже хотели поручить Его попечению сиделки и служителя, Как вдруг заметили, что язык покойника дрожит. Это продолжалось минуту. Затем из разинутых неподвижных челюстей раздался Голос. Но всякая попытка описать его была бы Безумием. Есть два-три эпитета, Которые подходят сюда отчасти. Голос был хриплый, глухой, разбитый, Но в целом этот ужасный звук не поддается описанию По той простой причине, что ухо человеческое еще Никогда не слыхало подобных звуков. Были, однако, в нем две особенности, которые я Считал и считаю наиболее характерными, Так как они могут дать некоторое понятие о его Нездешнем характере. Во-первых, он достигал наших, по крайней мере, Моих ушей точно издали или с какой-нибудь глубокой Подземной пещеры. Во-вторых, не знаю, Понятно ли будет это сравнение, он действовал на мой Слух, как прикосновение какого-нибудь студенистого Липкого тела на кожу