Цавт танем

Неизбежно стареем под морщинами лет. Человек тут, скорее всего, плоть скелет, Но есть что-то при этом, что от бабочек в Нас. Значит, место поэтам прямо здесь и сейчас. Значит, древний ребенок ком-то, видимо, жив. Спят во времени оном все его мятежи. В день, когда осознал он, что такое слова, Он узнал всех вокзалов Грибоедовский вальс. Что бывает сквозь тело, говорят небеса. Ну, а значит, за дело. Наше дело писать. Наше дело, родная, выйти памятью птиц, Потому что все знают лишь мелькание лиц. Так проста очевидность. Мы с тобою на ты. Прослезиться не стыдно от твоей красоты, Отпустить, попрощаться, остеречься войны, Знать, что в искренних пальцах нет моей тишины. Я уже не смогу ведь. Ну, а значит, война. В этом огненном груве ты одна мне нужна. И не счесть, сколько мельниц на пути, На ветру. Греет старенький тельник пока дышащий Труп. В сентябре или мае тянет прошлое вспять. Боль твою принимаю и беру на себя. Завтра данем.