Счастлив

Ботинки некрепки, в сердце щемящая правда любви. Мир может с подошвы стереться, исчезнуть небрежно, Как свист. Мир может родиться повторно и, Может быть, мы вместе с ним. И вот уже снова валторны пытают мой Иершелаим. Пусть я подмастерье, не мастер, Не мельче от этого жар. Горит красно-желтое счастье, осенняя хрупкая ржавь. Мой путь никуда не исчезнет. И то, что я женщину знал прекрасную, Быта железность я плавил неверностью сна. Все в ней мне по сердцу и свято: Укоры, упрямство ее. Меняют родные ребята машины свои и жилье, А я вот в некрепких ботинках к ней еду И счастлив, как Бог. И ставлю под кофе пластинку, известную всем про Развод.