Ямщики на подставе

Евстигней Фомин. Ямщики на подставе. Игрище невзначай. Комическая опера в одном действии. Либретто Николая Львова. Наставление капельмейстеру: нет, Барин, ты начни-ка помаленьку, Как ямщик, будто издали, не поет, А то нанычет. А после, чтобы дремота не взяла, Пошибче, да и по-молодецки. Так дело-то и с концом. Ребята и подхватят. Пустого тут калякать нечего. На подставе у большой дороги отдыхают ямщики. Ждут. Сама царица-матушка должна тут вот-вот Проездом быть. Велено двадцать пар держать наготове, Чтобы не мешкая лошадей сменить и в царицыной Повозке, и всему двору. Ради такого случая и ямщики самые лучшие собрались: Старик Абрам, сын его Тимофей, Другие их товарищи. Кони тут же в кустарнике пасутся, Сбруя вся под рукой. Задержки не будет. А пока ждут, поют песню. Как ямщикам без песни? Не у батюшки соловей поет молодой ямщик на заре Бежит. Ох вы, братцы, вы, товарищи! Вам пора вставать, коней впрягать. И в ганбе ямщик отдохнуть может, На рысях ямщик добрый выспится. Еще пара подкатила. Тришка Заноза по прозвищу Янька, Весельчак и балагур, офицера привез. Из царской свиты офицер вперед послан встречу царице Подготовить, ямщиков да коней самых лихих отобрать. На первую пару под царицину повозку ямщики Определяют Тимофея. Он у нас везде вперед: и в песне, И в упряжке, и в ганбе, и на поседке. Офицер доволен: видит, все готовы с усердием матушке Услужить. Снаряжая коней, запевают ямщики песню: "Высоко сокол летает, повыше того белая лебедушка. Слетался сокол со белою лебедушкою". Светла За Око, Заде Мою, Не Дорожка. Светла За Око, Заде мою, Не Дорожка. Светла За Око, Заде Мою, Не Дорожка. Старый ямщик Абрам приглашает офицеров шалаш Погреться. Тимофей остается ждать, не пропустить бы царский Поезд, и запевает грустную песню «Ретиво Сердце молодецкое». Ретиво Сердце Молодецкое. Знать Невзгоду Тиза Слышало. Знать Невзгоду И Застыть, Шалость, Растопаться Слабо То жалей. Подошел Янька. В толк взять не может, о чем это Тимоха Грустит? Вроде все у него есть: жена молодая, Кони лихие, везде он первый. И вдруг этакую песню затянул. Задевает Янька Тимоху, веселит, Балагурит, да не до смеха Тимофею. Филька Пролаза, который раньше на его жену Фадеевну Заглядывался, недоброе против него замышляет. На сходке похвалялся. Филька в холопах у исправника, не найдешь на него Управы. Янька возмущен: перед этими плутами молодцу Да уступать? А товарищи-то на что? Когда это бывало, чтобы ямщики за друга да не Постояли и из беды не выручили? Между нами, ямщиками, испокон есть благодать: Не поддаться, хоть подраться, да за друга постоять. Трифон, перестань болтать! Зубом камня не угложешь, силою не переможешь Командирского слугу. Знать, уж на работу напала. Проже тебе лилось мало. Воля царская со мной, воля Царская со мной. Между нами, ямщиками, испокон есть благодать: Не поддаться, хоть подраться, да за друга постоять. Трифон, перестань болтать! Против всех не устоять. Молодец, Коля, да стать им, плутам, Да потакать. Знать, уж на работах пала. Проже тебе лилось мало. Проже тебе лилось мало. Воля царская со мной. Знать, уж на работах пала. Проже тебе лилось мало. Проже тебе лилось мало. Воля царская со мной. Прибегает перепуганная Фадеевна. Узнала она, что на миру решили схватить Тимофея, Отдать его в рекруты. И все это Филька-злодей закрутил. Янька кидается звать Абрама, ямщиков. Всем велит кланяться офицеру, просить его Заступничества. Филька-то сам бежал от рекрутчины, Стал командирским холопом, а Тимофея, Вишь, под рекрутский жребий подсунул. Нет, Филюшка, не удастся. Не отдадим Тимоху. Говорят все разом, друг друга перебивают. Не может офицер в толк взять, что стряслось, О чем его просят. Старик Абрам берется ему все рассказать. А тут еще звон, шум, грохот, пыль столбом. Вкатывается пьяный курьер на телеге и на ямщиков с Плетью, криком и бранью. Лошадей ему подайте живо! Везет он бумаги самонужнейшие. Своих-то лошадей он загнал, а тут Вахруш, Деревенский олух, угольщик, как раз на дороге Попался. Курьер к нему в телегу, Да плетью его огрел. Вахруш и погнал что есть мочи со страху-то. Янька потешается над мужиком, подзадоривает его Спеть да сплясать, офицера потешить. Вахруш поет веселую песню, приплясывает: "Кабы я была пташка, кабы я перепелка". А курьер все порывается драться. Янька же, посмеиваясь, его удерживает. Кабы я была пташка, кабы я Перепелка, я бы по полю летала, Пшеницу клевала. Ой, брось ты, тетеря, ой, кабы я Тетеря, я бы знала, Да за мною брат не спала. Не в том, барин, скала. В старину так бывало. А у нас брат тетеря и курьер Тетеря. Я бы по полю летала, пшеницу Клевала. Я бы по полю летала, пшеницу клевала. Я полю летала, пшеницу Офицер велит драгуну пьяного курьера увести. Ушел и Вахруш, щедро одаренный его благородием за Песню да пляску. Бежит в слезах Фадеевна. Филька да рассыльщики с дубинами едут схватить Тимофея. Янька с ямщиками спешит на выручку. Любой готов за Тимоху, за такого-то молодца сам в Рекруты идти. Офицер удерживает их. До этого дело не дойдет. Года не прошло, как Абрам двух сыновей своих волею Отдал в царскую службу. Так Тимофей должен с отцом оставаться. А Фильку-вора, что от рекрутчины бежал, Велит офицер связать да отправить к предводителю. Теперь уж не миновать пролазе царской службы. «Так-то, Филюшка!» Ликует Янька. И тут признались рассыльщики, Что они на Тимофея и кандалы с собой привезли. Кандалы! Ямщики так и ахнули. Какая беда миновала Тимофея! Теперь страхи позади, и пошла игра. Неугомонный Янька заводит песню, ее подхватывает Тимофей и все ямщики. Высмеивают непутевого Фильку-пролазу, Ухорского мужичка. «Купить ли те, Филюшка, некрутскую шапочку?» Купить ли те, Филюшка, некрутскую шапочку? Дбудь, дбудь, кандалы, дбудь и дбудь, Кандалы. Купить ли те, Филюшка, Некрутскую шапочку? Дбудь, дбудь, кандалы, дбудь и Филюшке счастливый путь! Ведь лежачего не бьют. Вы, ребята, молоды. Блюди, бросьте кандалы. Филюшке счастливый путь! Ведь лежачего не бьют. Вы, ребята, молоды. Блюди, бросьте кандалы. Кто поладится с обманом, тот окончит барабаном. Смотри, смекай, ухорской мужичок! Попал и пролаза наш бобылек. Кто поладится с обманом, тот окончит барабаном. Смотри, смекай, ухорской мужичок! Попал и пролаза наш бобылек. А кто правдою живет, так того и гром не Бьет. Смотри, смекай, ухорской мужичок! Попал и пролаза наш бобылек. А кто правдою живет, так того и гром не Бьет. Смотри, смекай, ухорской мужичок! Попал и пролаза наш бобылек. Фадеевна, Абрам, Тимофей все не знают, как отблагодарить Своего благодетеля. Что бы было, если бы не вступился за них Офицер? Вот уж барин, так барин, Истинно отец родной. Как не порадовать его играми да песнями? Тут уж и старик Абрам не выдержал, пошел с Молодыми. Молодка, солдатка Полковая, ты полно по Милому тожи. Ох, как мне по милому не Тужити. Другого такого не Нажити. И ростом да рослом Красотою. Не той молодецкою румяной. Эх, каб допрежняя сила, я б на радости такой. Ох, калина, ох, малина! Я б на радости такой сам тряхнул бы стариной. Ох, калина, ох, малина! Да нет, старость подкосила. Нет, не в мочь кормилец мой. Ох, калина, ох, малина! Вири-вири, Вири, вири. Ох, калина, ох, малина! Полно, батюшка родной, сори черканушка виной. Ох, калина, ох, малина! Белы снеги как настали. Ох, калина, ох, малина! Кто скучает с виной, кому дал Господь Тимофея Удалого. Ох, Калина, ох, Малина! Вири-вири, вири. Малина! Взял Тимофей балалайку, новую песню завел. «Во поле береза бушевала». Фадеевна подхватила, а Янька вприсядку пустился. Во поле береза бушевала. Ой, диди лада. Береза. Ой диди лада, не береза. Тереме девица тосковала. Ой диди лада. Не девица. Ой диди лада, не девица. В терему тужила молодица. Диди лада, моло- О не сказка, братцы, а быльица Ой, Диди лада, а быльица О не сказка, Братцы, а быльица Ой, диди лада, А быльица Молодка с милым расставалась Молодка слезами обливалась Ой, Диди лада, расставалась Ой, диди лада, Обливалась Черные тучи видавались Добрые люди сыскались Ой, диди лада, Сыскались Ой, диди лада, видавались Красные дни воротились Молодку с Милым залучили Ой, диди лада, Залучили Ой, диди лада, залучили Молодку с милым залучили Молодку с милым Залучили Добрые наши командиры Ой, Диди лада, командиры Вдали показался царский поезд. "Едут, едут!" Кричит ямщик, что на дороге караулил. Дождались радости. Вы раздвиньтесь, Расступитесь, добрые Люди Шел четыре стороны На Сели на Четыре Разделайся ты, матка, петлю дорожка Разделайся ты, Матка, петлю ты у нас, матушка, Немножко ты у нас, матушка, немножко От от никогда Не пора От нас от двора никогда не пора Никогда не пора. Ура, ура, ура!