На смертном ряду

Я признаюсь вам без стыда: Я зарезал жену с полюбовником. Это вся бы беда не беда, Да он был милицейским полковником. И за это сваты на суду Накатили вышак со всей строгостью. И теперь я на смертном ряду Над глубокою черною пропастью. А как соловушка в ночи засвищет песню звонкую, Мне тюремные врачи смажут лоб зеленкою. Зачитают приговор, кончатся страдания. Поведут на коридор к Богу на свидание. Зачитают приговор, кончатся страдания. Поведут на коридор к Богу на свидание. В смертной хате я маюсь один со Своими слезами-печалями. Замолчал Копылов Константин. За ним полк. И мурашки бегут по спине. Неужели исполнили вышшую? А как соловушка в ночи засвищет песню звонкую, Мне тюремные врачи смажут лоб зеленкою. Зачитают приговор, кончатся страдания. Поведут на коридор к Богу на свидание. Зачитают приговор, кончатся страдания. Поведут на коридор к Богу на свидание. Горько плакал старик-адвокат, Все меня утешал помиловкою. А на небе кровавый закат Над моей забобонной головкою. На столе моем Новый Завет и Слеза по странице размазана. А на небе кровавый рассвет. Мне вчера в помиловке отказано. А как соловушка в ночи засвищет песню звонкую, Мне тюремные врачи смажут лоб зеленкою. Зачитают приговор, кончатся страдания. Поведут на коридор к Богу на свидание. Зачитают приговор, кончатся страдания. Поведут на коридор к Богу на свидание. А Как соловушка в ночи засвищет песню звонкую, Мне тюремные врачи смажут лоб зеленкою. Зачитают приговор, кончатся страдания. Поведут на коридор к Богу на свидание. Зачитают приговор, кончатся страдания. Поведут на коридор к Богу на Свидание.