За любовь Ях-ха

Солнцем-воздухом живы мы Да святой добротой богов. От Сибири и до Колымы Наломали, срубили дров. Пожигали леса, поля, Жжем мы души и до сих пор. Не поверил ни ты, ни я В солнцем выжженный коридор. Жизнь до волю любили мы По помойкам да кошакам. Горе мерили немые дюймы от могил по слепым Шагам. И на мили хватало нас, лишь бы мамка дала Ответ. Где бы ни были, да все не раз Распилили весь белый свет. Уяха. Уяха. Уяха. И себя хоронили мы Незаметно и просто так. И дожившие до весны снова пели про все Ништяк. И плыла по душе печаль у того, Кто еще любил. И смотрел он немного вдаль, на закатах Узоры шил. На рассвет не хватило сил, с ног упал да Повеселел. И рассвет его поселил рядом с томом, Где лен сидел. И отец его хоронил на опушке, где Лес редел. А потом всю неделю пил, пока вовсе не Поседел. Уяха. Ойяха. Уяха. Белым снегом все занесло. Год прошел, а отец все пил. Но весной ему стало тепло, и рассвет его Проводил К тому месту, где лен сидел, и к березе, Что посадил на опушке, где лес Редел, рядом с тем, кто пока любил, Рядом с тем, кто еще любил. Уяха. Ой, Лёха. Укоха. Солнцем-воздухом живы мы Да святой добротой богов. От Сибири и до Колымы Наломали, срубили дров. Пожигали леса, поля, Жжем мы души и до сих пор. Не поверил ни ты, ни я В Богом даренный коридор.