Медвежатник

Помню, в начале второй пятилетки стали давать Паспорта. Мне не хватало рабочей отметки и отказали Тогда. Что же мне делать со счастьем медным? Надо опять воровать. Вот и решил я с товарищем верным банк городской Обобрать. Помню ту ночь ленинградскую, темную, В санях неслись мы втроем. Лишь по углам фонари одинокие тускло мерцали Огнем. В санях у нас под медвежею полостью желтый лежал Чемодан. Каждый из нас, отрешившийся полностью, Верной нащупал нога. Вот мы подъехали к зданию высокому, Встали и быстро пошли. Сани с извозчиком тут же отъехали, Снег заметал их следы. Двое зашли в подворотню заветную, Стали замки отпирать. Третий остался на улице ветреной, Чтобы на стреме стоять. Вот мы зашли в помещенье знакомое стулья, Диваны, шкафы. Денежный ящик с печальной истомою молча смотрел с Высоты. Сверла английские, быстрые бестии, Словно два шмеля в руках, Вмиг просверлили четыре отверстия в сердце стального Замка. Дверца открылась, как крышка у тачки. Я не сводил с нее глаз. Деньги советские ровными пачками сполох глядели на Нас. Помню, досталась мне сумма немалая ровно сто тысяч Рублей. Мы поклялись не медлить с отвалом, Скрыться как можно скорей. Прилично одетый, с гвоздикой в петлице, В сером английском палито, Я ровно в семь тридцать покинул столицу и даже Не глянул в окно. И вот я очнулся на маленькой станции с южным Названием под стать. Город хороший, город пригожий. Здесь я решил отдыхать. Здесь на концерте мы с ней познакомились, Стали гудеть и гулять. Так мои деньги, к несчастью, закончились. Надо идти воровать. Деньги мои, словно снег, все растаяли. Надо вернуться назад, Чтоб с головой снова браться за старое. Хмурый и злой Ленинград. Помню, подъехали к зданию знакомому, Только совсем не к тому. Шли в этом доме не раз ограбления, Знало о нем ГПУ. Выстрел раздался без предупреждения. Раненый в грудь я упал. Так на последнем своем преступлении счастье вора Потерял. Если раскрыть ленинградскую правду, Там на последнем листе Все преступления по Ленинграду и приговоры там Все. Жизнь развеселая, жизнь поломатая кончилась ты под Замком. Вот уже старость, старуха горбатая бродит с клюкой Под окном. Жизнь развеселая, жизнь поломатая кончилась ты под Замком. Вот уже старость, старуха горбатая бродит с Клюкой под окном.