Мальва, Чт. 5

В нежном блеске утренней зари Даль моря спокойно дремала, отражая перламутровые Облака. На косе возились полусонные рыбаки, Укладывая в баркас снасти. Серая масса сети ползла по Песку. Василий, хмурый, как октябрьский день, Укладывал невод в баркасе, А Сережка смотрел ему в согнутую спину И облизывал губы признак его желания опохмелиться. У тебя водка есть? Есть, есть. Ну так я не поеду, останусь у сухого крыла. Отчаливай, давай! Поезжай! Смотри, зарази только шире, не путай. Да клади ровней, петль не навяжите. Отчаливай. Чего в воскресенье не было? В воскресенье нельзя было. Пьяный был. Нет, следил за твоим сыном да за Его мачехой. А, Нашел заботу. Мал его не робят, что ли. Хуже. Один дурак, а другая юродивая. Да Мальва-то юродивая. Давно ли такой стала? У нее, брат, душа не по телу. Подлая у нее душа. Подлая. Ух вы, Землееды тупорылые! Ни черта вы понимать не можете. Вам бы только титьки у бабы были жирные, А характера ее вам не надо. А в характере весь цвет у человека. Без характера бабы без соли хлеб. Можешь ты получить удовольствие от такой балалайки, У которой струн нет? Габень! Ишь ты до каких речей допился вчера. Пойдем, пойдем в шалаш. Ну-ка опохмелись. На-ка вот, на-ка, на-ка стаканчик. Хвати ка. Выпьешь, как огня проглотишь. Ну и пьешь ты. Умею. Умею, брат. Я все делаю скоро и прямо, без изворотов. Валяй прямо и все. А куда попадешь, это все равно. С земли, кроме как в землю, никуда не соскочишь. Это, пожалуй. Ты так до Сибири дойдешь. А ты что же про Мальву-то не спрашиваешь? А чего мне? Ведь она в воскресенье-то не была Здесь. Ну, спрашивай, как она жила за эти дни. Чай, ревнуешь, старый черт. Много их. Много их. Ух вы, деревня лЫкова, помещика дикого. Дай вам мед да и деготь, все у вас Кулага будет. И что ее все хвалишь-то? Сватать, что ли, пришел? Так я ее сам уж давно усватал. Я знаю, что она живет с тобой. Я тебе в этом не мешал. Не надо было. Но теперь этот Яшка, сын твой, Около нее вертится. Вздуй его докрасна, слышишь? А не то я вздую. Ты мужик хороший, дурак дубовый. Я тебе не мешал. Ты это помни. О что, И ты тоже за ней? Тоже. Ох, кабы я знал, что тоже, Я бы прямо всех вас посшибал с моей дороги И конец. А так, Ну дай мне ее. Чего ж ты путаешься? А, Чего путаюсь? А черт его знает чего. Так, баба она этакая, с перцем, Нравится мне. А может, мне ее жалко, что ли? Кабы она нетронутая девка была, Ну еще можно бы пожалеть, А так чудно чтой-то. Это ты верно сказал. Она славная баба. Твердячка вот только. Яшка. Ну, я ему задам. Ишь, щенок. Мне он не по душе. А он-то ластится к ней. Он, вот увидишь, клином войдет между вами. Эх, ты. Очаровательные Глаза Очаровали Меня. Ух, не по душе мне этот Яшка. В вас столько Неги, Столько Ласки, В вас столько страсти И огня. Эй, креповой дух! Давай, давай, давай, носи ты! Увидишь Якута, скажи, чтобы завтра побывал ко мне. Ладно. Чай! Поздним вечером этого дня, Когда рабочие на промысле поужинали, Мальва, усталая и задумчивая, сидела на разбитой Лодке, опрокинутой вверх дном, И смотрела на море, одетое сумраком. Там далеко Сверкал огонь. Мальва знала, что это костер, зажженный Василием. Одинокий, Точно заблудившийся в темной дали моря Огонь то ярко вспыхивал, То угасал, как бы изнемогая. Мальве было грустно смотреть на эту красную точку, Потерянную в пустыне.