Рок-опера Мечтатель Акт 1. МЕГАМИКС

Есть у меня одна мечта, она как Путеводная звезда. Ведет она меня вперед к заветной цели. Мечта всегда со мною рядом, она мое Спасение и отрада. Поможет мне открыть она любые двери. Моя Мечта Революция. Сияет надо мной она, Как путеводная звезда. Моя мечта Революция. Ввязались мы в смертельный бой. Пожар раздуем мировой. Есть у меня одна мечта Революция. Есть у меня одна мечта Революция. Моя Мечта Революция. Есть у меня одна мечта Революция. Моя мечта Революция. Мама, Милая мама. Согревает нас свет любимых Глаз. Мама, Мама Нет нежнее рук. Ты самый близкий друг. Ты все без слов поймешь. Обиды все простишь. Слезу рукой смахнешь. И с нами погрустишь. Мама Волшебное слово. Сквозь время пронесем. Снова и снова. Мы произнесем. По чувствам братья мы с тобой. Мы в искупление верим оба. И будем мы питать до гроба Вражду к бичам страны родной. Святое воинство свободы В своих рядах увидит нас, Когда пробьет желанный час И встанут спящие народы. Святое воинство свободы В своих рядах увидит нас. Любовью к истине святой В тебе, я знаю, сердце бьется. И, верно, отзыв в нем найдется На неподкупный голос мой. Когда ж пробьет желанный час И встанут спящие народы, Святое воинство свободы В своих рядах увидит нас. Я вся тона Жемчужной акварели. Я бледный стебель ландыша лесного. Я легкость стройная обвисшей мягкой ели. Я изморозь зари, мерцание дна морского. Там, где фиалки и бледное золото Скованы в зори ударами молота. В старых церквах, где полет тишины Полон сухим ароматом сосны. Мы новое племя, мы новые люди. Пришло наше время, весь мир мы разбудим. Мы дадим народам идею свободы, Идею свободы. Долой все сомненья, метанья и споры. Мы новое племя. Нас ждет только террор. Мы дадим свободу простому народу. Сгоняют на рассветы для цели дворяне, Мещане, дворяне, евреи, коммунары, Либералы, бунтаристы, нигилисты, Безвинцы, разночинцы, анархисты и максималисты. Мы новое племя! Сегодня в особом присутствии закончено слушание дела Об убийстве Симбирской губернии Ульянова Александра Ильича и других лицах, обвиняемых в посягательстве На жизнь священной особы Государя Императора. Особое присутствие определяет подсудимых, Лишив всех прав состояния, подвергнуть смертной Казни через повешение. Милости, государь, прошу, Пощады и милости для сына моего. Слез нет, чтобы выплакать мое горе. Слов нет, чтобы описать весь мой ужас. Милости, государь, прошу милости. В таком отчаянном несчастье, как мое, Может быть только помощь Всевышнего да милость Царская. Милости, государь, Прошу, Пощады и милости. Милый друг, Я умираю. От того, что был Я честен. Но зато Родному краю Верно буду Я известен. Милый друг, я умираю, но спокоен Я душою и тебя благословляю. Шествуй тою же стезею. Милый друг, Я Умираю, Но спокоен я Душою И тебя Благословляю. Шествуй тою же Стезею. Шествуй тою же Стезею. Увы, куда ни бросишь взор, Везде бичи, везде железы, Законов гибельный позор, неволи Немощные слезы. Самовластительный злодей, Тебя, твой трон я ненавижу, Твою погибель, смерть и тень с жестокой Радостью вижу. Читают на твоем челе Печать проклятия народы. Ты ужас мира, стыд природы, упрек ты Богу на земле. Я не знаю, как мне быть. Продолжать или забыть. Через улицу давно из окна смотрю в окно И давно ко мне приник сквозь окно далекий Лик. За воздушною средой манит Нежный молодой. Этот лик глядит давно. Сквозь прозрачное окно. Ближе быть нельзя никак. Будет как-то все не так. Нет, не так слились бы мы в сладкой связи Близкой тьмы, как мы слиты силой снов. Без любви и без окон. Я не знаю, как же быть, как любить и Не любить. Дух далекий, дух родной. Вечно ль будешь ты со мной? Я не знаю, как же быть. Как любить и не любить. Дух далекий, дух родной. Вечно ль будешь ты со мной? Весело Будет, здорово будет. Клубится дымка, тесна Ходынка. Здорово, Тверская, гуляй, Ордынка, Лапша треска и окрошки крынка. Торговка с рынка. Клубится дымка. Весенняя стынь никому не помеха. И ныне, как встарь, Чиновнику служба народу потеха. Венчается царь. Стекается люд из глухих и окрестных московских Дворов Себя показать и отведать чудесных казенных даров. Виват, император! Многое лето. А в поле театр. Начнем с буфета. Гуляют, кутят москвичи по доходу кто весел, Кто пьян. Мы моря людского не видели сроду, А тут океан. К утру превратится Ходынское поле в единственный Нерв. Актерам массовки назначены роли убийц или жертв. Весело будет, здорово Будет. Клубится дымка, тесна Ходынка. Кто будет говорить о слове примиренья, Покуда в тюрьмах есть сходящие с ума, Тот должен сам узнать весь ужас заключенья, Понять, что вот кругом тюрьма, Почувствовать, что ум, в тебе горевший гордо, Стал робко ищущим услад хоть в бездне сна, Что стерлась музыка до крайнего аккорда. Стена, стена и тишь и яна. Кто будет говорить о слове примиренья, Тот предает себя и предает других. Теперь я знаю, Что надо делать. Мне выбрать путь. Одно лишь слово, Одна идея, И я смогу весь мир Перевернуть. Идеи становятся силой, Когда овладевают массами. Долой борьбу одиночек! Да здравствует борьба классовая! И все же брат Погиб не зря. Свидетельство тому Моя борьба. Идеи становятся силой, Когда овладевают массами. Долой борьбу одиночек! Да здравствует борьба классовая! Идеи становятся силой, когда Овладевают массами. Долой библейские заповеди! Да здравствует мораль классовая! Сознание строгое есть жест огней Немезиды. Умей читать условные черты. Пред тем, как сбылись мартовские иды, Гудели в храмах медные щиты. Умей Читать условные черты. Гудели в храмах медные Щиты. Занавес дрожит перед началом драмы. Уж кто-то в темноте, зрячий, как сова, Чертит круги и строит пентаграммы И шепчет вещие заклятья и слова. Уж кто-то Чертит круги и строит пентаграммы И шепчет вещие заклятья и Слова. Ты здесь, со мною так близко близко. Я полон счастья. В душе гроза. Ты цепенеешь, как одалиска, Полузакрывши свои глаза. Кого ты любишь? Чего ты хочешь? Теперь томишься иль с давних пор? О чем поешь ты? О чем пророчишь, о, затененный, Но яркий взор? Я возглас боли, Я крик тоски. Я камень павший на дно Реки. Я тайный стебель подводных трав. Я бледный облик речных купав. Я легкий призрак меж двух миров. Я сказка взоров, я взгляд без слов. Мое Блаженство, побудь со мною. Я весь желанье, я весь гроза. Я весь исполнен тобой одною. Открой мне счастье, закрой глаза. Я знак заветный. И лишь со мной Ты скажешь сердце: Есть мир иной. Ты здесь, со мною. Так близко близко. Я полон счастья. В душе гроза.