Я ненавижу

Хм, Хм, Хм, Хм. На столе остывает твой чай с лимоном. Сахар на дне, что не успел раствориться. На крючке мой свитер, что ты носила дома. И тишина, что учится говорить. Дверь не хлопнула, просто закрылась плотно, Как страница в книге, что мы не дочитали. Я сижу и смотрю на потолок бездонный, Где тени от люстры теперь не танцуют. И я ненавижу запах мандарин, что на твоей коже Всегда пах летом. Ненавижу этот старый фильм, где мы смеялись под Одним пледом. И я злюсь на то, что ветер с юга Помнит твой смех, а я только цифры. Зацепилась нитка твоего кружева, И она рвет мне кожу, как заноза памяти. В ванной две капли воды на кране застыли. Одна твоя, вторая моя. Не сливая. Твоя зубная щетка сухая в пыли. И это самое громкое здесь признание. И я включил тот плейлист, что ты собирала. Каждая нота теперь тупое издевательство. Наша песня, что раньше обнимала, Бьет по ребрам обломками счастья. И я ненавижу запах мандарин, что на твоей коже Всегда пах летом. Ненавижу этот старый фильм, где мы смеялись под Одним пледом. И я злюсь на то, что ветер с юга Помнит твой смех, а я только цифры. Зацепилась нитка твоего кружева, И она рвет мне кожу, как заноза памяти. А в холодильнике сыр, что ты любила. И он протухнет. Я выброшу завтра. Но этот запах, что в шкафу застыло. Твоя футболка. Он будет годами. И я злюсь сильней, потому что знаю не будет Слов, ни ссоры, ни причины. Просто утро, просто ты встаешь и навсегда стираешь Свои следы из дома. И я ненавижу запах мандарин, что на твоей коже Всегда пах летом. Ненавижу этот старый фильм, где мы смеялись под Одним пледом. И я злюсь на то, что ветер с юга Помнит твой смех, а я только цифры. Зацепилась нитка твоего кружева, И она рвет мне кожу, как заноза памяти. Остывает чай. Остывает чай. Сахар на дне. Тишина. Тишина. Заноза.