Старая Страница E

По одиночке пропадем, вместе будем. Лечит меня тот, кто вчера еще тусил под кислотой. Ясно читал все Библии и сразу стал хорошим. Что-то здесь не так, ведь быть очком не воля Божья. Активист за то, что плотно сидел на хмуром. Заебись, об этом не узнают дураки и дуры. Но я отнюдь не дурак и знаю, кто вы И что вы. На здравом теле, правда, нихуево Заработано. Хули? В клубе читают рэпчину про стафф. Тогда какого хуя ты с такими выступаешь, Мудак? Понимаю. Семья, машина, нет денег, так не в клуб рвать. Тогда что это ради идей? Сибирский холод растопила подмосковная жара. Добро пожаловать в наш мир, добро пожаловать в ад. Мораль всей басни такова делай деньги либо делай Дело. Если хочешь быть правым, не бегай налево. Два пять один семь. Старая столица, старая карусель, Два пять один семь. Ты веришь улицам или еще веришь ей? Два пять один семь. Пацаны, не ожидал, но вы пиздец совсем. Два пять один семь. Идея сдохла, остался только звон монет. Басня ебать систему она давно вас выебла. Рекламой по ТВ, в газете или Твиттере. Эти борцы за ЗОЖ похуже секты сатанистов. Навязывают свое мнение и свои принципы. Я занимаюсь спортом, но не лаю, как ебанутый. В наше время хуй докажешь что-либо кому-то. Пуканы бомбят у тех, кто был реально алконавтом, Сходил два раза в зал, теперь он на районе Главный. Смешно до слез, когда я вижу малолетних Фанатов, точнее толпу школьников, Одетых по casual. Угораю над их опасными походками, Когда они косятся на меня своими еблами. Под ваши треки молодежь становится кретинами. Под наркотестер бухают под наркотестер шмыгают. Ты ждешь последний пожар всегда. Тебе же все равно тут не исправить ничего. Так что давай, уебывай. Два пять один семь. Старая столица, старая карусель, Два пять один семь. Ты веришь улицам или еще веришь ей? Два пять один семь. Пацаны, не ожидал, но вы пиздец совсем. Два пять один семь. Идея сдохла, остался только звон монет. Два пять один семь. Два пять один семь. Два пять один семь. Два пять один семь. Я жду последний пожар, а ты беги. Тут исправить уже ничего. Господь, жги! Жить их, жить их нахуй, Жить, чтобы они не существовали и у нас здесь Не жили, а уезжали к себе там что хотели, Там и делали.