Север в груди

Дон, скрип от подошвы, каждый сугроб будто вопросом. Кто ты такой? Чего ты стоишь? Если не тёплый мир то, что тебя греет больше. Старый бардак, ржавые гаражи, лают дворовые. И крики в мечтах, я из воров, где правды Грубее. Тут где-то согнули спину, то только чтоб стать Сильнее. Это север в груди. Слышишь, как он гудит? Не согреться извне, мы горим изнутри. Я иду по ветрам, по сугробам, по швам. Мне мороз как родня, мне мороз талисман. Это север в крови. Он шепчет: "Жди и дави". Я не падаю вниз, я врастаю в свои рвы. Пусть метёт до кости, пусть трескается лёд. В этом хрустком морозе моя сила живёт. Эй, эй. Надпись на стенах, фразы как шрамы. Каждый пробитый год чаем по ямам. Хата на хату, кресты и антенны, но в глазах Пацанов чёрный снег легенды. Мать у окна, пальцы в муке, смотрит вдаль, Где гудит грузовик. Говорит сын: "Береги свой хребет". Я с тех пор каждый удар считаю как свой Обет. Падал лицом в сугробы проблем, Вставал молча, без лишних зачем. Вены как реки, густая реальность. Тут привычка терпеть перерастает в сталь. Это север в груди. Слышишь, как он гудит? Не согреться извне, мы горим изнутри. Я иду по ветрам, по сугробам, по швам. Мне мороз как родня, мне мороз талисман. Это север в крови. Он шепчет: "Жди и дави". Я не падаю вниз, я врастаю в свои рвы. Пусть метёт до кости, пусть трескается лёд. В этом хрустком морозе моя сила живёт. Эй. Если руку не жмут, жми зубы. Если дороги стёрло пургой, Запоминай те хрупкие будни. Так закаляется внутренний вой. Каждый вдох как пар темноту, каждый шаг по краю Плиты. Но пока у меня этот север во рту, Я прогрызу себе выход из тьмы. Это север в груди. Слышишь, как он гудит? Не согреться извне, мы горим изнутри. Я иду по ветрам, по сугробам, по швам. Мне мороз как родня, мне мороз талисман. Это север в крови. Он шепчет: "Жди и дави". Я не падаю вниз, я врастаю в свои рвы. Пусть метёт до кости, пусть трескается лёд. В этом хрустком морозе моя сила живёт. Эй, эй.