Exorcism

Офсайд — моё положение вне игры. Медленно тянут нас друг от друга морские узлы. Я почти остыл, забыл, как там ты. Но годы наносят швы на раны, льют краны. Тише… мир вокруг не слышу — шум в уши. Сшибая плечами прохожих, шагая по лужам. Тебе я не нужен? Твой яд — мой обед и ужин. Может, вернёмся назад и всё отутюжим? Канатами сдвигая мосты ближе к нам: здесь я, там ты — вопреки всем ветрам. Быть до темна и ждать, но ведь это обман. Тебя нет там. Пелена, как плотный туман. Знал ведь я, что будет так. Вот дурак! Уйду во мрак. Ложка, пламя, в точку, зрак. Стороны тебя находятся во мне. Хочется сказать — выходит самому себе. Медленно спускаюсь я на дно, подолгу смотрю в твоё окно. Я уже не тот. Яд растворён во мне. Зло стало добром, и я умру на дне. В этом пустом сне я обрету покой. Печаль сменит кайф, но какой ценой? Никто не был мной, и пусть осудят люди — расскажу всё как есть, вынесу из студии. Мешали будни, лечило время. Жил во сне: всё не то, всё не с теми. Этот рюкзак оказался не по плечам. Теперь, с годами, понимаю: не ты — всё я сам. Душевный содом, жизнь без боли — вторяк. Одержимый идеей в тебе своё я потерять. Зря себе лгать — кто за это простит? В чистом виде садизм: во мне кто-то сидит, экзорцизм. Тянул в пропасть, прошло много лет. Ложка, пламя, контроль, сэмпл, бит и куплет. Голос в моно. Ну слушай, я расскажу. Всё, чем жил, дорожу: помню, писал и пишу. Остыла кровь, вернусь я о прошлом вновь. Взвесив, решил дописать старый трек про любовь. Никто не был мной — да, и слава богу. Никакому врагу не желаю повторить ту дорогу.