Оставлены небом

Оставлены небом Без всяких меток. Мы лезем наверх из глухих сетей. Наш город из пепла И ржавых клеток Забрал без следа молодых парней. Оставлены небом без всяких Меток. В фальшивом раю мы сжигали дни. И вместо весны Ядовитый слепок, Где гаснут на мокром стекле огни. Мы падали вниз по ступеням подвала, Где лампочка тускло моргала во мгле. Душа за копейки покой продавала, И черти плясали на мерзлой земле. Казалось, что выход в тумане безличном, Что боль отойдет на десяток минут. Но холод вошел в этот график привычный, Где слабость и страх до костей разорвут. Чернеют дворы под неоновым смогом. Здесь каждый второй стал себе палачом. Мы шли в никуда за чужим эпилогом, Толкаясь во мраке друг с другом плечом. Один зазевался в сыром переулке. И скорая воет в четыре утра. Остались следы на бетоне, окурки да пепел от старого Злого костра. Оставлены небом Без всяких меток. Мы лезем наверх из глухих сетей. Наш город из пепла И ржавых клеток Забрал без следа молодых парней. Оставлены небом без всяких меток. В фальшивом раю мы сжигали дни. И вместо весны Ядовитый слепок, Где гаснут на мокром стекле огни. Усталые веки и шрамы на теле, а ведь пацанами Мечтали летать. Смотрели на море, о солнце гудели, А вышло на кафеле утро встречать. Замешаны карты, потеряны нити, На мутных часах стрелки замерли вдруг. Кричи не кричи среди сотен укрытий лишь эхо звенит На полмили вокруг. Мы сами нажали на кнопку спуска, Считая, что дно где-то там вдалеке. Мы выбрали сами рулетку русскую, Сжимая последний огурок в руке. И пусть этот стих будет жестким уроком для тех, Кто готов оступиться на край. Я чудом прошел под невидимым оком, Где маскируют под сладостный рай. Оставлены небом Без всяких меток. Мы лезем наверх из глухих сетей. Наш город из пепла И ржавых клеток Забрал без следа молодых Парней. Оставлены небом без всяких меток. В фальшивом раю мы сжигали дни. И вместо весны Ядовитый слепок, Где гаснут на мокром стекле огни.