Метро E

Самый ужасный вагон в метро. Я разбил твое тупое ебло. Из вагины лезет гроб, корпус правит могила, Только пролежни не обработает Ирина скотина. Жарко и душно, мне жалко и грустно, что в Этом мире метро заменит тысячам саркофаг. Я не маг, но разорву тебе срак. Один щелчок и минус пердак. Курят за гаражами два дебила, вроде местные Горожане. У них нет сострадания, только боль. Улететь бы сейчас в Данию, Хельсингборг или хотя бы В Питер. Давит на меня душный воздух, Серый. Дайте выйти, подышать, дайте свежести. Дохнет душа. Ну а в целом похуй. Мы ебаная холестериновая бляшка, плавающая без Правил в аорте, или какашка, сидящая параллельно Сфинктеру в послушной когорте. Ну, вы поняли. Аллегория метро: мы то летим, То ждем кого-то на станции Пахтакор. Притворяемся спящими, если бабка с ребенком зайдет. Включаю в наушниках Моргенштерн, Кристалл, Mayot. И это бесконечный поворот, как на кольцевую Заходит и выходит новые вагоны. Никто не ебет. Пойду посмотрю на батю через компот. Я ехаю на Метро, сто метров до рая. Помолюсь не на, а ему, порадую дурака. Электричка это несерьезно вообще. Виктор Пелевин знал, о чем пишет. Я еду на поезде, бразды путей позади. Я возгордился и меня осадили. И победил, и проебал, как старик и море. И я сижу в мешке и играю в горе, В городке котлованов подземелий. Я могу надеяться, что перевесит время тонкости и Нюансы. А мне бы свет мацать, свет мацать, Не видать бы тени, жить бы в Муроме. Меня в вагоне и меня сожгут в небо хмурое, Как памятник ждущим и странности склонности к страху И срамоте.