Голограмма

Выпадаю с бара, нахожу в приложении электротакси и Пытаюсь объяснить, куда мне нужно. Но автопилот не понимает, как бы я не просил. Лишь постоянно спрашивает, нет ли у меня оружия. Я ему бессвязно плету, что мое сердце и слово Вот мои мечи, но он не хочет меня слушать. Еду сквозь светящийся город в душной ночи, Ловлю отражение в черных лужах. Болит сердце или что там сейчас бьется вместо него? Вкладываю свою боль как новый кирпич в эту стену, Как настоящий даос. Все, что произойдет, принимаю смиренно. Все пыль и пена. Вместо дома приезжаю в другой бар, Хотя, возможно, у меня просто нет дома. Это было бы закономерно. Бармен сканирует штрихкод на запястье, И снова синтетическое счастье принимаю в свои Псевдовены. Когда нет возможности умереть, Возникает вопрос как сбежать из симуляции от тоски и Скуки? Может быть, это просто ребенок из прошлого, Набросал этот мир в Майнкрафте на скорую руку. Я чувствую, как горло обжигает шот. Или это все же подделка, имитация ощущения вроде бы? Я уже не помню, что значит, когда плохо и Хорошо. Я не отличаю людей от андроидов. Сквозь пространство и время вернуться домой к маме и Папе. Десять тысяч способов покончить с собой, Чтобы проснуться в рехабе. Миллионы путей, по которым никогда не пройти, Чтобы вернуться к папе и маме. Что нужно сделать, чтоб обрести плоть голограмме? Те, кого предал, придут во сне и спросят: За что так? Те, Кого любил, смотрят в спину ласковым взглядом. Так и будешь всю жизнь заполнять пустоты. Так и будешь всю смерть представлять кого-то живого Рядом. Когда Я впервые покончил с собой, рядом не было никого, Кто бы мог опровергнуть это. Когда я впервые воскрес в голографическом теле, Я еще не знал, что у меня теперь нет Права на смерть. Я больше не умею чувствовать жалость и боль, И вся моя жизнь теперь бесконечное лето. Копия моего сознания не ощущает ничего на самом деле И не может себя стереть. Ничто человеческое нам не близко. Мы перешагнули через свою природу. Уберменш постхьюман. Точка с запятой в бесконечном списке, Строка машинного кода. Я есть или просто придуман? Среди запрограммированных паттернов тоски и радости Никак не могу отыскать остатки души. Когда я умер, никого не было рядом. Когда я воскрес, никто не смог подтвердить, Что я жив. Если жить, то недолго. Если стиль, то черный. Простые способы убежать от боли. Пью на Bruderschaft с незнакомым клоном, Изображаю эпилептический припадок на танцполе. Все ради того, чтобы не просыпаться, Чтобы не думать о том, как и зачем все Разрушил. Пытаюсь прикоснуться хотя бы к кому-то, Но пальцы не могут удержать никого, Кто мог бы стать нужным. Сквозь пространство и время вернуться домой к маме и Папе. Десять тысяч способов покончить с собой, Чтобы проснуться в рехабе. Миллионы путей, по которым никогда не пройти, Чтобы вернуться к папе и маме. Что нужно сделать, чтоб обрести плоть голограмме? Те, кого предал, придут во сне и спросят: За что так? Те, кого любил, смотрят в спину Ласковым взглядом. Так и будешь всю жизнь заполнять пустоты. Так и будешь всю смерть представлять кого-то живого Рядом.