Богач и Ерёмка: Когда пришли в избу

Когда пришли в избу, богач положил зайца на лавку И сделал перевязку сломанной лапки. Он, когда был пастухом, научился делать такие Перевязки ягнятам. Еремка внимательно следил за работой хозяина, Несколько раз подходил к зайцу, обнюхивал его и Отходил. "А ты его не пугай", объяснил ему богач. "Он привыкнет, тогда и обнюхивай". Больной зайчик лежал неподвижно, Точно человек, который подготовился к смерти. Он был такой беленький и чистенький, Только кончики ушей точно были выкрашены черной Краской. "А ведь надо его покормить, беднягу", Думал вслух богач. Но заяц упорно отказывался есть и пить. "Это он со страху", объяснял богач. "Ужо завтра добуду ему свежей морковки да молочка". В углу под лавкой богач устроил зайцу из разного Тряпья мягкое и теплое гнездо и перенес его туда. "Ты у меня, Еремка, смотри, не пугай его", Уговаривал он собаку, грозя пальцем. "Понимаешь, хворый он". Еремка вместо ответа подошел к зайцу и лизнул его. "Ну вот так, Еремка, значит, не будешь обижать. Так, так. Ведь ты у меня умный пес, Только вот сказать не умеешь. С нас будет и здоровых зайцев". Ночью богачу плохо спалось. Он все прислушивался, не крадется ли к зайцу Еремка. Хоть и умный пес, а все-таки пес, И полагаться на него нельзя, как раз сцапает. "Ах ты, оказия", думал богач, ворочаясь с боку на Бок. "Уж, кажется, достаточно нагляделся на зайцев, Не одну сотню их переколотил, а вот этого жаль. Совсем ведь глупый еще, несмышленыш". И во сне богач видел загубленных им зайцев. Он даже просыпался и прислушивался к завывавшей Буре. Ему казалось, что к избушке сбежались все Убитые им зайцы, лопочут, по снегу кувыркаются, Стучат в дверь передними лапами. Старик не утерпел, слез с печи и выглянул из Избушки. Никого нет, а только ветер гуляет по полю и Гудит на все голоса. "Ах ты, оказия", ворчал старик, Забираясь на теплую печку. Просыпался он по-стариковски ранним утром, Затоплял печь и приставлял к огню какое-нибудь Варево, похлебку, старых щец, кашку-размазню. Сегодня было как всегда. Заяц лежал в своем уголке неподвижно, Точно мертвый, и не притронулся к еде, Как его богач не угощал. "Ишь ты какой важный барин", корил его старик. "А ты вот попробуй кашки гречушной, Лапка-то и срастется. Право, глупый. У меня каши-то и Еремка вот как уплетает, За ушами пищит". Богач прибрал свою избушку, закусил и пошел в Деревню. "Ты у меня смотри, Еремка", Наказывал он Еремке. "Я-то скоро вернусь, а ты зайца не пугай". Пока старик ходил, Еремка не тронул зайца, А только съел у него все угощение: Корочки черного хлеба, кашу и молоко. В благодарность он лизнул зайца в мордочку и принес В награду из своего угла старую обглоданную кость. Еремка всегда голодал, даже когда ему случалось Съесть какого-нибудь зайчонка. Когда богач вернулся, он только покачал головой. Какой хитрый зайчишка! Когда угощают, так и не смотрит, А когда ушли, так все дотла поел. "Ну и лукавец", удивлялся старик. "А я тебе гостинца принес, косому плуту". Он достал из-за пазухи несколько морковок, Пару кочерыжек, репку и свеклу. Еремка лежал на своем месте как ни в чем Не бывало, но когда он облизнулся, Вспомнив съеденное у зайца угощение, Богач понял его коварство и принялся его журить: "И не стыдно тебе, старому плуту, А? Что, не едал ты каши? Ух, ненасытная утроба!" Когда старик увидел валявшуюся перед зайцем кость, Он не мог удержаться от смеха. Вот так Еремка тоже сумел угостить. Да не хитрый ли плутище? Заяц отдохнул за ночь и перестал бояться. Когда богач дал ему морковку, он с жадностью ее Съел. "Эге, брат, вот так-то лучше будет. Это, видно, не Еремкина голая кость. Будет чванец-то. Ну-ка еще репку попробуй". И репка была съедена с тем же аппетитом. "Да ты у меня совсем молодец", хвалил старик.