А где-то там весна

На небе холодном Две ярких звезды закатилось. И вой, и сирена Здесь двое пошли на рывок. А мне, словно в руку, Старуха с косою приснилась. Да там, на снегу, Следы от солдатских сапог. А мне, словно в руку, Старуха с косою приснилась. Да там, на снегу, Следы от солдатских сапог. А ветер завыл, Завьюжил над строгою зоной. Молитвы зэка, Скорей вознося к небесам. А двое тайгой Бежали болотами к дому. А где-то вослед Погоня идет по пятам. А двое тайгой Бежали болотами к дому. А где-то вослед Погоня идет по пятам. А где-то очень далеко еще весна. И где-то солнца луч несет любовь с надеждой. А мне сегодня ночью зимней не до сна. И сквознячок холодный лезет под одежду. А где-то очень далеко другая жизнь. Маманя с батькою да дом наш хлебосольный. Я сам себе шепчу на выдохе: "Держись!" Под лай собачий, вой сирен, да мат конвойный. На небе холодном Две ярких звезды закатилось. Двух беглецов Укрыла тайга навсегда. Я видел во сне Старушка у храма молилась, Для сына прося Здоровья да долгих лета. А ветер все выл, Летал он в стайке над болотом. Метелью своей Укрыл он следы до весны. И ноет душа, И так на свободу охота. От этих ветров, От этой в снегу колымы. И ноет душа, И так на свободу охота. От этих ветров, От этой в снегу колымы. А где-то очень далеко еще весна. И где-то солнца луч несет любовь с надеждой. А мне сегодня ночью зимней не до сна. И сквознячок холодный лезет под одежду. А где-то очень далеко другая жизнь. Маманя с батькою да дом наш хлебосольный. Я сам себе шепчу на выдохе: "Держись!" Под лай собачий, вой сирен, да мат конвойный. Я сам себе шепчу на выдохе: "Держись!" Под лай собачий, вой сирен, да мат конвойный. Под лай собачий, вой сирен, да мат конвойный.