Памяти Пастернака

Памяти Пастернака. Правление Литературного фонда извещает о смерти Писателя, члена Литфонда Бориса Леонидовича Пастернака, последовавшей на семидесятом году жизни После тяжелой продолжительной болезни, выражает Соболезнования семье покойного. Единственное появившееся в прессе сообщение о смерти Бориса Леонидовича. Разобрали венки на веники, На полчасика погрустнели. Как гордимся мы, современники, Что он умер в своей постели. И терзали Шопена лабухи, и торжественно шло Прощание. Он не мылил петли в Елабуге и с ума Не сходил в Сучане. Даже киевские письменники на поминки Его поспели. Как гордимся мы, современники, Что он умер в своей постели. И не то чтобы с чем-то за сорок, Ровно семьдесят возраст смертный. И не просто какой-то пасынок, член Литфонда, Усопший сметный. Ах, осыпались Я--лапы елочьи, Отзвенели Его метели. До чего ж мы гордимся, Сволочи, Что он умер в своей постели. Мело, мело по всей земле во все пределы. Свеча горела на столе. Нет, никакая не свеча, горела люстра, Очки на морде палача сверкали шустро. А зал взирал, а зал скучал, мели емеля. Ведь не в тюрьму и не в Сучаны к Высшей мере. И не к зерновому венцу колесованием, А как поленом по лицу Голосованием. И кто-то спьяну вопрошал: "За что? Кого там?" И кто-то жрал, и кто-то ржал Над анекдотом. Мы не забудем этот смех И эту скуку. Мы поименно вспомним всех, Кто поднял руку. Гул затих. Я вышел на подмостки, прислонясь к дверному Косяку. Я ловлю в далеком отголоске. Вот и смолкли клевета и споры, Словно взят у вечности отгул. А над гробом встали мародеры И несут почетный Караул.