Бессмертный Кузьмин

Ну, длинная песня, прошу извинить. Называется она "Бессмертный Кузьмин". У нее два эпиграфа: "Отечество нам Ца--Отечество нам Царское Село", Пушкина, 19 октября, и "Ах, яблочко, куда котишься?" Народная песня. Покатились всячины и разности, Поднялось неладное со дна. Граждане, отечество в опасности! Граждане, отечество в опасности! Граждане, гражданская война! Был май без края и конца, жестокая Весна. И он сказал, сбежав с крыльца: "Моя, моя вина". У Царскосельского дворца стояла Тишина. И старший брат, сбежав с крыльца, Сказал: "Моя вина". И камнем в омут ледяной упали те слова. На брата брат идет войной, но шелестит над Их виной забвения трын-трава. А Кузьмин, Кузьма Кузьмич, выпил рюмку Хлебного, а потом Кузьма Кузьмич закусил Севрюшкою, а потом Кузьма Кузьмич, Взяв перо с бумагою, написал Кузьма Кузьмич буквами Печатными, что как истый патриот, Верный сын отечества, он обязан известить власти Предержащие. Ах, где вы шли, там дождь свинца И смерти дела дрянь. Летела с тополей пыльца на бронзовую Длань У Царскосельского дворца, У брега сонных вод. И нет, как нет войне конца. И скоро Мой черед. Было небо в глубинной ясности, Но сердца от холода свело. Граждане, отечество в опасности! Граждане, отечество в опасности! Танки входят в Царское Село. А чья вина? Ничья вина. Не верь ничьей вине, когда по всей земле война И вся земля в огне. Пришла война, моя вина. И вот за ту вину меня песочит старшина, Чтоб понимал войну. Меня готовит старшина в грядущие бои. И сто смертей сулит война, моя война, Моя вина и сто смертей Мои. А Кузьмин, Кузьма Кузьмич, хлопнул рюмку Чистого, а потом Кузьма Кузьмич закусил Селедочкой, а потом Кузьма Кузьмич, Взяв перо с бумагою, написал Кузьма Кузьмич буквами Печатными, что как истый патриот, Верный сын отечества, он обязан известить всех, Кого положено. А где мы шли, там дождь свинца и смерти Дела дрянь. Летела с тополей пыльца на бронзовую Длань. Там в Царскосельской Тишине У оскверненных вод. И нет, как нет конца войне. И скоро твой черед. Снова, снова громом среди Праздности, Комом в горле, пулею в стволе. Граждане, отечество в опасности! Граждане, отечество в опасности! Наши танки На чужой земле. Вопят прохвосты-петухи, что виноватых нет, Но за вранье и за грехи тебе держать ответ. За каждый шаг и каждый сбой тебе держать ответ. А если нет, так черт с тобой! На нет и спроса нет. Тогда пейся допьяна похлебкою вранья. Пусть опять моя вина, моя вина, Моя война и смерть опять моя. А Кузьмин, Кузьма Кузьмич, выпил сто Молдавского, а потом Кузьма Кузьмич закусил Огурчиком, а потом Кузьма Кузьмич, Взяв перо с бумагою, написал Кузьма Кузьмич Буквами печатными, что как истый Патриот, верный сын отечества, Он обязан известить дорогие органы. И не поймешь, кого казним, Кому поем хвалу. Идет Кузьма Кузьмич Кузьмин по Царскому Селу. Прозрачный вечер у дворца, Покой тишина. Из тополей Летит пыльца На шляпу Кузьмина.