Эй, потомки

С ростом многоэтажек наши потомки забудут Уютные маленькие кухни. Их уберут из стройплана. Помнишь, на подоконнике герань цвела в Железной банке? А за окном шумели старые качели, С скрипом ломая тишину. В панорамном окне лишь блики чужих рекламных Вывесок. И вместо запаха борща синтетический ароматизатор "Свежий бриз". Мы вписали себя в идеальный рендер, В глянцевый каталог, но стёрли отпечатки пальцев Дверных ручек и со старых фотографий. Здесь всё под линейку, всё гладко. Иного так правильно до тошноты. А где держать те самые письма, Что так и не решились отправить? Эй, потомки, не верьте чертежам и планам! Личное пространство это не метр квадратный, Это запах лука, это скрип половиц, Это место, где можно просто быть, а не казаться. На тех самых стареньких кухнях история останется Где-то за пыльным шкафом. Где-то за пыльным шкафом. Эта бетонная коробка Как идеальная тюрьма, Где стены не хранят секретов, а лишь отражают Звук. И эхо смеха тонет в пустоте, А старый табурет, на котором ты сидел, Рисуя, теперь считается хламом, Не вписывающимся в дизайн. Мы променяли душу на Wi-Fi. Ищем друг друга в онлайн играх, Сидя спиной к спине. Эй, потомки, не верьте чертежам и планам! Личное пространство это не метр квадратный, Это запах лука, это скрип половиц, Это место, где можно просто быть, а не казаться. На тех самых стареньких кухнях история останется Где-то за пыльным шкафом. Где-то за пыльным шкафом. Двадцать пять квадратов. Ни ключа и ни рая. Просто дверь входная.