Узон и Наюн

Над тундрой седой, где вулканы дымят, Где ветры поют, а снега лежат, Жил славный охотник, могучий Узон. Духом крепок был и силой силен. Сжимал он копье загрубевшей рукой, И нерпы боялись встречи с ним. А шкуры медвежьи сушились у юрт в момент, Когда он шел по Камчатскому маршруту. Но сердце героя томилось в груди, Шептало: "Любовь свою в мире найди". И он отыскал ее, деву Найюн, прекраснее Сопок под светом луны. Была она Камчатка самой живой, Вулканом горячим и тундрой седой. На шее носила не жемчуг морской, А зуб молодого медведя с резьбой. О, Найюн, душа вековых гор! В глазах твоих синих озер простор. О, Узон, хранитель и верный страж! Судьбой вам завещан суровый пейзаж. Их песня летит над вулканом и льдом о том, Как любовь защищает свой дом. Но духи подземные злобы полны хотели Владеть красотой страны. Поднялся из недр темный дух-исполин, Владыка холодных ущелий и льдин. Простер свои руки, солнце ушло, И небо свинцовой тоской занесло. Он крикнул Узону сквозь вьюгу и вой: "Отдай мне Найюн, будет дева рабом". Узон не склонился, в руке сжал копье: "Ты зря потревожил жилище мое. Найюн это сердце Камчатки моей, Свободнее ветра и солнца светлей". Вышел на битву, где мгла и пурга слились воедино, Не видя врага. Он слушал, как бьются два сердца в груди: Одно у Камчатки, а он впереди. О, Найюн, душа вековых гор! В глазах твоих синих озер простор. О, Узон, хранитель и верный страж! Судьбой вам завещан суровый пейзаж. Их песня летит над вулканом и льдом о том, Как любовь защищает свой дом. Он бил по земле, где таился злой дух, И горный обвал сотрясал все вокруг. Он звал на подмогу и ястреба крик, И рык медведя, что к буре привык. И дрогнула стужа, и солнечный луч пробился на Землю из пепельных туч, коснулся Найюн, И краса ее вновь зажгла в богатырском теле Кровь. И бросил копье он в сгустившийся мрак, И был побежден разъяренный Враг. Рассеялась тьма, засиял небосвод, И снова настал для Камчатки восход. Стояла Найюн то румяна, то строга, Как будто в тумане проснулись от дроги. Смотрел на нее богатырь удалой, И край свой обнял он любимой рукой. О, Найюн, душа вековых гор! В глазах твоих синих озер простор. О, Узон, хранитель и верный страж! Судьбой им завещан суровый пейзаж. Их песня летит над вулканом и льдом о том, Как любовь защищает свой дом. Они теперь вместе, как берег и море, Как пепел вулкана и тундра в просторе.