Вера

Тихо. Слышишь? Эта тишина кричит. Это ждёт она. Свеча плачет воском, капля за каплей. Мать не спит, её взгляд острее сабли. Прячет седину под старенький платок. Время-песок утекает сквозь висок. За стеной ни звука, но в сердце набат. Жена у окна смотрит в закат. Дом холодный камень, дом пустая клеть. Твоё молчание это хуже, чем смерть. Слёзы рекой, слёзы горький яд. Небо в слезах, тучи строем в ряд. Над селом беда, но вера мой щит. Душа не молчит, душа говорит: "Мы ждём Журавлей, разгоним тоску, крикнем "Ты жив!", А не павший в полку". Почернели иконы, в молитвах ни слова, Только женские тени снова и снова. Дни как вакуум, ночи свинцовый сон. Каждый скрип, будто выстрел, рвёт в унисон. Тишина режет слух, как острое лезвие. Надежда на нитке, на грани безумия. Сердце бьётся в груди, как пойманный зверь. А вдруг это он? Открывай же дверь. Слёзы рекой, слёзы горький яд. Небо в слезах, тучи строем в ряд. Над селом беда, но вера мой щит. Душа не молчит, душа говорит: "Мы ждём Журавлей, разгоним тоску, крикнем "Ты жив!", А не павший в полку". Молитва летит, как пуля сквозь дым и огонь. Вера броня, просто сердце не тронь. Каждый удар это бит, он с твоим совпадает. Знай, наш сокол летит, он не пропадает. Мы знаем, мы верим, мы чувствуем пульс. Я за тебя каждый день молюсь. Что? Уходи. И вдруг запах хлеба родного из печи. Улыбка в глазах ярче пламя свечи. Мать смотрит на небо и гонит свой страх, И шёпот снахи на устах: "Сын, Скоро твой папа вернётся домой. Слышишь? Вернётся Живой".