Yoidore Shirazu

С похмелья поутру я проснулась не впервой. До рассвета проведена ночь в очередном угаре. В утрате всякий стыд мы там наперебой до Посинения странной песне глотку рвали. В плену хмельного рая хочу, не просыхая, Безопасно пребывать, прежде чем голод подорвет Опять. Хоть все отдать готова, Ты не говоришь ни слова. Буду горе заливать. Возможно, тело души священный храм, Но свой запятнать я хоть и дам, И отделять от вздоха лишь миллиграмм. Градус венец не растет, но это лекарство от забот. Ведь в угаре пьяном не бывает о любви мне Дела. Yeah! Так много голосов мне сон поют, И в их толпе твой образ тонет постепенно. Вновь в упоении буду грезить наяву, Но всех желаний не озвучу никогда наверное. Я с мимолетным счастьем не стану разлучаться. В нем желаю утопать прежде, чем явишься ты опять. О, все отдать готова. Ты не говоришь ни слова, продолжая сердце рвать. Возможно, тело души священный храм, Но свой запятнать я хоть и дам. И, глоток взяв, грехе плыву я по волнам. Градус венец не растет, но это лекарство от забот. И в угаре пьяном протекает жизнь моя.