Ты помнишь?

Помнишь? Помнишь? Странно даже спрашивать тебя об этом. Словно я пытаюсь вернуть не человека, А свою собственную прежнюю душу ту, Что еще умела радоваться простому. А ты помнишь? Помнишь, Как мы смеялись тогда глупо, почти детски, Будто весь мир был так мал, что умещался в Наших ладонях? И в этом смехе было что-то непозволительно чистое, Как первый снег на холодных ступенях. А ты помнишь? Помнишь, Как мы шли в теплый вечер, ничего не говоря, Но будто каждая минута не требовала слов, Потому что все было уже понятно без объяснений. И почему-то именно тогда я впервые поверил, Что жизнь может быть доброй, хоть ненадолго. А ты помнишь? Помнишь Глупые мелочи: чашку, что ты держала двумя руками, Чтобы не расплескалось тепло, твои полусонные глаза, Которые смотрели так, как будто во мне было что-то Хорошее, пусть я сам того не знал. А ты помнишь? Помнишь? Иногда мне страшно думать, что все это было на Самом деле, что это не приснилось мне в один Из тех ночных приступов одиночества, Когда человек цепляется за любые тени, Лишь бы не утонуть. А ты помнишь? Помнишь? Я спрашиваю это, хотя понимаю: Ответ мне не нужен. Мне нужно лишь знать, что когда-то, Хоть мгновенно, я тоже был прикасался к чему-то Светлому. Пусть сейчас это светит только в памяти, Но все же светит.