Ворон Live Киев, 12.05.2007

Итак, песня из восьмидесятых годов, Называется "Ворон". Мой дед был врагом народа, Отец офицером внутренних дел. Ну а я уцелел, хоть и долго болел. Но мать меня просит, чтоб я песен не пел. Я ее, конечно, не виню, Но что еще осталось мне? Только вены на руках. А в ее родных глазах безысходность, Боль и страх. Так и не поняв, как надо Было жить И кто же враг. Хэй, йей, йей. Черный ворон над домами все наглей и злей. Оу-уоу-уоу. Оу-уоу. А. Наша жизнь сквозь ментовский прицел, Поэтапно в приказах "стоять" и "ложись". Коммунизм иль фашизм, что же дальше? А стись. Это даже не смерть, но смертельная жизнь. Дети трасс и железных дорог. Что же держит вас здесь? Ведь больше нет лагерей, не осталось корней, А на гадов камней только водка и боль, Да могилы друзей. Хэй, йей, йей. Черный ворон над домами все наглей и злей. Оу-уоу-уоу. Оу-уоу. А. Хэй, йей, йей. Черный Оу-уоу. А. Мой дед был врагом народа, Отец офицером внутренних дел. Ну а я уцелел, хоть и долго болел. Но мать меня просит, чтоб я песен не пел. Спасибо. Еще одна песня из далеких восьмидесятых Годов, когда мы просыпались без четверти шесть, Чтобы пойти на завод, и думали: "Ё моё, наверное, Это уже до смерти". Ааа, и слава богу, что шли годы, Времена менялись, И мы можем заниматься своим любимым делом играть Свои рок-н-роллы.