Волк

Ммм, М-м-м. М-м-м. М-м-м. Я-е-е. М. Ночь легла на бараки седым полотном. Ветер воет над вышкой как будто о своём. Своём. За забором из звёзд прячется даль. А в груди, как и прежде, Живёт печаль. Сколько зим пронеслось по следам моим. Сколько лиц растворилось, как утренний дым. Дым. Только взгляд мой остался таким же, Как был. Словно волк, что свободу в душе сохранил. Сохранил. Этапами жизнь разбросала года. Где-то правда молчала, где-то врала суета. Чайнирок остывал на железном столе, А луна зависала как метка во мгле. Кто-то срок коротал, проклиная судьбу. Кто-то душу менял на пустую братву. Я смотрел сквозь решетку на черный лесок, Где свободный волчара бежал на восток. Я волк, я не привык по следу чужому Идти. Пусть судьба заметает Снегами пути. Пусть колючая проволока режет закат. Режет закат. Но свободу внутри не отнимет отряд. Отнимет отряд. Я волк, и пускай одинок мой Маршрут. Где-то годы идут. Где-то годы идут. Где-то люди живут. А пока над тайгой. А пока над тайгой. Поднимается мгла. Поднимается мгла. Я храню то, что жизнь у меня не взяла. По этапам носила, ломала не раз, Но огонь не погас в глубине моих глаз. Кто-то стал тише воды, ниже серой травы. Я же помню себя до последней главы. И когда над Зону зависает луна, Мне все кажется где-то ждет тишина, Где не нужно скрывать ни печаль, Ни судьбу, где волчонком когда-то я видел звезду. Помню первый свой день, нехолодный прием, Как захлопнулась дверь за усталым плечом, Как шептали старики: "Не спеши говорить. Здесь сначала учись, а потом уже жить". Было всякое, брат: и потери, ложь, И таких, кто за пачку сдавал молодежь. Только волчий закон был понятен всегда: Если держишь свой путь, не свернешь в никуда. Я волк, я не привык по следу чужому идти. Пусть судьба заметает снегами Пути. Пусть колючая проволока режет Закат. Режет закат. Но свободу внутри не отнимет отряд. Отнимет отряд. Я волк, и пускай одинок мой Маршрут. Где-то годы идут. Где-то годы идут. Где-то люди живут. А пока над тайгой. А пока над тайгой. Поднимается мгла. Поднимается мгла. Я храню то, что жизнь у меня не взяла. Годы падали вниз, как листва в октябре, Оставляя морщины на хмуром лице. Но когда над запреткой вставала заря, Я все так же мечтал оказаться не зря. В письмах редких домой не писал о тоске, Не рассказывал, как замерзал на легке. Мать должна была верить ее сын живой, Хоть и спорит давно с непокорной судьбой. Иногда по ночам снился старый причал, Где мальчишкой когда-то рассветы встречал. И во сне по песку рядом серый бежал, Будто верный волчара меня провожал. Я проснулся барак, за окном снегопад, Но внутри этот сон был дороже наград, Потому что пока в сердце память жива, Не поставит на человеке жизнь клейма. Я волк, я не привык по следу чужому идти. Пусть судьба заметает снегами Пути. Пусть колючая проволока режет Закат. Режет закат. Но свободу внутри не отнимет отряд. Я волк, и пускай одинок мой маршрут. Где-то годы идут. Годы идут. Где-то люди живут. А пока над тайгой. А пока над тайгой. Поднимается мгла. Поднимается мгла. Я храню то, что жизнь У меня не взяла.