Она умела боль свою терпеть

В спину летели чужие слова, Жгли её душу холодным металлом. Её сталкивали в мрак без дна, Смеясь, наблюдали за этим спектаклем. Тянули вниз, пророчили крах, Сомненьем били почти ежедневно. Но шла она твёрдо сквозь страх и сквозь мрак, Упрямо, свободно и откровенно. Она научилась молчать о своём и Прятать слёзы под гордой улыбкой. Она поднималась над каждым огнём, Не став для чужих ни слабой, ни зыбкой. Бывало, хотелось кричать в пустоту, Сорвать тишину на части руками, Но выдержка крепче любой высоты. Она выбирала идти, А не падать. Когда всё вокруг казалось стеной И ночь закрывала пути и дороги, Внутри зажигался огонь неземной, Что не позволял опуститься в тревоге. Предательство резало остро и зло, И сердце сжималось до хруста в ладони, Но вновь она стояла, жизнь истекала, Мечтая однажды взлететь на разломе. Она научилась молчать о своём и Прятать слёзы под гордой улыбкой. Она поднималась над каждым огнём, Не став для чужих ни слабой, ни Зыбкой. Бывало, хотелось кричать в пустоту, Сорвать тишину на части руками, Но выдержка крепче любой высоты. Она выбирала идти, а не Падать. Она научилась молчать о своём и Прятать слёзы под гордой улыбкой. Она поднималась над каждым огнём, Не став для чужих ни слабой, ни Зыбкой. Бывало, хотелось кричать в пустоту, Сорвать тишину на части руками, Но выдержка крепче любой высоты. Она Выбирала идти, А не падать.