Александр Сергеевич Пушкин - Поэма Руслан и Людмила. Песнь вторая, Часть 1

Песнь вторая. "Соперники в искусстве брани, не знайте мира меж Собой, несите мрачной славе дани и упивайтесь Враждой. Пусть мир пред вами цепенеет, дивясь грозным Торжествам, никто о вас не пожалеет, Никто не помешает вам. Соперники другого рода, вы рыцари Парнасских гор, Старайтесь не смешить народа нескромным шумом ваших Ссор. Бранитесь только осторожно, Но вы соперники в любви. Живите дружно, если можно. Поверьте мне, друзья мои, кому судьбою непременной Девичье сердце суждено, тот будет мил назло Вселенной. Сердиться глупо и грешно". "Когда Рогдай неукротимый, глухим предчувствием Томимый, оставив спутников своих, Пустился в край уединенный и ехал меж пустынь Лесных, глубоко думу погруженный. Злой дух тревожил и смущал его тоскую душу. И витязь пасмурный шептал: "Убью, Преграды все разрушу. Руслан, узнаешь ты меня. Теперь-то девица поплачет". И вдруг, поворотив коня, во весь опор назад он Скачет. В то время доблестный Фарлаф, все утро сладко Продремав, укрывшись от лучей полдневных у ручейка Наедине, для подкрепленья сил душевных обедал в Мирной тишине. Как вдруг он видит: Кто-то в поле как буря мчится на коне. И времени не тратя боле, Фарлаф, Покинув свой обед, копье, кольчугу, Шлем, перчатки, вскочил в седло и без оглядки летит, А тот за ним вослед. "Остановись, беглец несчастный! Кричит Фарлафу неизвестный. Презренный, дай себя догнать, дай голову с тебя Сорвать". Фарлаф, узнавши голос Рогдая, Со страха скорчась, обмирал и верной смерти ожидая, Коня еще быстрее гнал. Так, точно заяц торопливый, прижавши уши боязливо, По кочкам полем сквозь леса скачками мчится ото пса. На месте славного побега весной растопленного снега Потоки мутные текли и рыли влажную грудь земли. Ко рву примчался конь ретивый, взмахнул хвостом и Белой гривой, бразды стальные закусил и через ров Перескочил. Но робкий всадник вверх ногами свалился Тяжко в грязный ров, земли не взвидел с небесами И, смерть приняв, уж быть готов. Рогдай к оврагу подлетает. Жестокий меч уж занесен. "Погибни, трус, умри!" Вещает. Вдруг узнает Фарлафа он. Глядит и руки опустились. Досада, изумленье, гнев в его чертах изобразились. Скрипя зубами, онемев, герой с поникшею главою, Скорей отъехав ото рва, бесился, Но едва-едва сам не смеялся над собою. Тогда он встретил под горой старушечку, Чуть-чуть живую, горбатую, совсем седую. Она дорожною клюкой ему на север указала. "Ты там найдешь его", сказала. Рогдай весельем закипел и к верной смерти полетел. А наш Фарлаф во рву остался, дохнуть не смея, Про себя он лежа думал: "Жив ли я? Куда соперник злой девался?" Вдруг слышит прямо над собой старухи голос гробовой: "Встань, молодец, все тихо в поле. Ты никого не встретишь боле. Я привела тебе коня. Вставай, послушайся меня".