Серый волк E

Там, где ели до небес, Где стоит ебучий лес, Где в оврагах бурелом, перевязанный узлом, Где не ходит человек, где лежит кровавый снег, Зверем раненым скулил, да всё думал он: «Блять, кого бы съесть мне?» Там, где топкие места, да гнилые ворота, Нет ни Бога, ни креста, только грязь и темнота. Там, где чёрная дыра посреди гнилого пня, Серый волк глядит во тьму и хуёво одному. Ой, как заебало! Он по лесу колесил, не жалея лап и сил. Всех зайчишек перебил, до костей наворотил. Шерсть клоками драный бок, одинокий серый волк зубы Скалил на луну, нарушая тишину громом рыка. Серый, серый, хули ты такой несмелый? Серый, серый. Серый, серый, хули ты такой несмелый? Серый, серый. Тут припёрся в лес Иван. В жопе шило, в голове туман. Говорит: «Введи в курс дел. Я царевну захотел. Ты давай-ка, брат, вези, не валяй меня в грязи. Ты волчаром не служи, путь-дорогу покажи». Ой, как зря пизданул. Волк глазами полыхнул, воздух носом потянул. Вспомнил старые долги, как сдирали сапоги, Как гоняли по степям, по болотам и камням. В горле ком, а в пасти яд. Оглянулся он назад нету сил. Закипела в жилах кровь. Сдвинул он мохнату бровь. «Нахую я вас вертел?» Волк Ивану прохрипел. Лапой дёрнул, пасть порвал, да клыками застучал. Зарычал на целый лес, словно в нём проснулся бес. Озверел он. Серый, серый был слуга, а стал холерой. Серый, серый. Серый, серый был слуга, а стал холерой. Серый, серый. Ночь багровая пришла, крышу напрочь сорвала. На снегу кишки лежат, ветки страшные дрожат. Нет царевича в живых. Волк догрыз его под дых, отрыгнул да встал на Пень. Нахуй ночь и нахуй день! Посмотрел на небеса, Где холодная роса. Разогнался, ебанулся, Оттолкнулся, Да как прыгнул! Прямо в небо, прямо в мрак. Больше волк вам не из шаг. Не извозчик для блядей, для царей и для людей. Он летит среди берёз, наплевав на злой мороз. Свободный. Серый, серый. Зверь лихой, в прыжке умелый. Серый, серый. Был слуга, а стал холерой. Серый, серый.