155 шагов по лезвию E

Сто пятьдесят пять шагов до могилы. Это древняя сила, звучат молитвы. Сто пятьдесят пять шагов до рассвета. Твоя песенка еще не спета. Сто пятьдесят пять шагов до могилы. Это древняя сила, звучат молитвы. Это рядом, уже на рубеже атаки, Где варяги там в напряге. Мертвецы видят сны с открытыми глазами. Им не за бал тирую землю ордена, медали. Мертвецы не рассказывают басен, выполняя все задачи Мертвый особо опасен. Они штурмуют города под покровами темноты. У них на лицах насквозь окровавленные бинты. Те неприкаянные души, что куют везде победу. Да, они проделали десяток тысяч километров. Каждый выполнит приказ, пока не ляжет снова в землю. Облака застыли навсегда, остановилось время. Залаяли собаками гранатометы на старте. Моя душа готова снова к крутому пике. Луна поднимется, там на драконе восседает дева. Вавилонская блудница, фиолетовая пена. Значит, нечего терять, уже давно не чую боли. Подари мне эту смерть и выпусти душу на волю. Кто каски двое суток не снимал, Кого ласкал брони твердый металл. С небес на парашюте белом съехал, Тот называется морпехом. Тебе нечего больше терять, если ты умер нынче. Летят послания в сети с голосом под питчем, Оставив позади город мостов. Тут дикий Дальний Восток. Под ногами задрожала Киевская Русь. Навстречу солнцу из-за туч до тебя доберусь. Запомнят Обухович и Марчук, Жеребя и Разважев Симфонию смерти о важном. А где-то тихо снова спит завод Ильича. Наступит темнота, погаснет солнце, будто бы свеча, И Павловка падет под натиском черных бушлатов. Сделано было так много для захвата Угледара. Промежный ад лютой бойни в районе Глубокого. Их хоронили много раз, позабытые Богом. Мертвецы встают и снова выполняют дикий марш, Придя из моря, твою душу взяв на абордаж. Творится тихий океан, цепляются под любой нагрузкой. Это Курская дуга два ноль, сука, перезагрузка. Прошел тотем в святую землю своими копытами. Один процент, обменный фонд, остальные убитыми. Они идут, в округе ссытся все, даже соседи. Пишется история через туман тысячелетий. Мертвецы встают из пепла, снова принимают битву. Идем на свет с тобой сто пятьдесят пять шагов По лезвию. Кто каски двое суток не снимал, Кого ласкал брони твердый металл. С небес на парашюте белом съехал, Тот называется морпехом. Кто каски двое суток не снимал, Кого ласкал брони твердый металл. С небес на парашюте белом съехал, Тот называется морпехом. Мертвецы не испытывают жалости, Мертвецы не знают страха. Мертвецы идут за тобой, хохол.