До ручки E

С одной озарет, с одной озарет, С одной озарет. Метр вперед и два назад. Что-то скормил системе. Что-то скормил системе. Тут на весах с одной озарет, с другой желание Выжить. Метр вперед и два назад, И игры выше-ниже. Я планомерно удалился старые записки и равнодушно в Себя влил, получив раковые свистки. Где я скал мне стал к лицу, я не Пущу к миске, и этот бал я пропущу, Хотя я есть в списке. Пару раз зря риск был, и смерть была близко. Они летали в облаках, я же летал низко. Одни как с ада, в омут ровным строем. По мне так лучше все сломать, чем из руин Строить. Что-то пустил на самотек, Что-то скормил системе, и кризис подхватил поток, Напомнил о проблемах. Внутри меня все то же пламя, я ищу стимул. Я обязательно найду, в ногу пойду с ним я. С тыла зайду в гриме, ровно держа спину. Ну а пока время решать, в чем все же Есть сила. И это все опасно, спасет единство с Высшим, но можно тупо опоздать, Схватив кусок прокисший. И если смысл в том, что пишем, не будет Лишним. Я видел страх в глазах богатых, Радость глазах нищих. Видел, как едет крыша, видел хмельное веселье, Фото друзей на могилах и как уходят на север. Как греет тепло, что от сердца, дым не спасает Дубленка. Как счастье зашкалило в герцах, Когда слышал смех ребенка. Дошел до ручки, сошел с ума, приятель. Грязь в чистом виде, черновики не из пятен. Мир мой неутомим и чертовски развратен. Здесь и сейчас, здесь и сейчас, до последней. Дошел до ручки, сошел с ума, приятель. Грязь в чистом виде, черновики не из пятен. Мир мой неутомим и чертовски развратен. Здесь и сейчас, здесь и сейчас, и до последней. Временная пору, шумят как пчелы в улье. Я из тех людей, кто зря не крутит дули. В твоей голове всегда найдется место пули, Но это так, по замыслу, а пока что хуй. Тут так льют воду, в которой я мою руки. Однобокие персоны точат слухи. Мои виражи, как жесткий груб в ухе. По жизни как гостя, угощу суки. Пока она шлифует пальцем нутро груди. Не Я не стесняюсь хули. Здоровье поправляем, лаве замутим. Череда календарей снова курим. Пацанам летит салам за оградь колючей. Срока вот истощают на проект нехуйственный. Еще лет десять все за кордон покрутим. Самый умный чудак и дерьмом нагружен. На районе пацаны стареют рано. Вера топится в бокалах, и как ни странно, Ширка процветает по сей день. Кто-то отъехал, кому-то сносит дверь в пятилет. Прием. Глаза закрыл, там страшный сон. Тысячи голов, блядский рот притом. Тусня, возня, не строгий фон. А заправляет всем бомж добаве кром. Прикинь, молитв не знаю, но скажу аминь. И будем отпевать лишь тех, кто не ждет сидим. Очнись, очнись, въеби опахмелин. И если кто-то моросит, тащи в стан всех сил. Мы будем пировать там, где жгут кресты, Где загнуты концы, а на арене сыр. Сухарь продакшн, наистрожайший бит. На радарах не ищи, твой лайнер сбит. Дошел до ручки, сошел с ума, приятель. Грязь в чистом виде, черновики не из пятен. Мир мой неутомим и чертовски развратен. Здесь и сейчас, здесь и сейчас, и до последней. Дошел до ручки, сошел с ума, приятель. Грязь в чистом виде, черновики не из пятен. Мир мой неутомим и чертовски развратен. Здесь и сейчас, здесь и сейчас, и до последней.