Ведьмочка

Веках потерялась, но юная плоть, Безвременная не знает про гнёт. Ни числа ее дням, ни печати годам. Она вне часов, вне земных берегов. В тени переулков простая чуть-чуть, Средь серых прохожих легко утонуть. Ее не заметишь в толпе будней дня, Она без лица, пока ночь не пришла. Когда в ее пальцах проснется метла, Омегой дорога в лекущем стекла, Она вспыхнет искрой, сверкнет как звезда, Чужие сердца поведет в никуда. Ей чуждо признаться "люблю и дрожу". Она лишь глубже в влечение вхожу. Сама в ощущениях тонет до дна, Но к чувству по имени мы невольна. Когда в ее пальцах проснется метла, Взлетает над крышами вечность хрупка. Она режет воздух, как лезвие льда, И снова играет с огнем и себя. Она обольщением строит причал, Куда приплывает любой идеал. Но вся эта страсть для других, Не для нее. Внутри только шепот неслученных дней. Ей нравится видеть, как губы горят, Как взгляды по коже, как искры летят. Грешить красотой до магических ран, Влечением править, как древний вулкан. Когда в ее пальцах проснется метла, Сольется с полетом немая мгла. Чужие желания пляшут в окне, а сердце По-прежнему пусто в огне. Она подчинена лишь мастеру воли. Он шепчет заклятья, меняя ей роли. Но он не владелец ее навсегда. Его горизонты ей Не повод, не тьма. Он может связать ее голос в стекло, Поставить печати на черное крыло. Но время для ведьмы лишь тонкая нить. Ее не удержит ничья, Чья-то мстидь. Когда в ее пальцах проснется метла, Рвет путы приказов святая стрела. И мастер заметит в холодной золе, Как тает контроль на его же земле. Она без возраста вне веков живет между Лунных забыть снов и снова, уносясь над ночной Тишиной, влюбляет всех в пропасть Своей красотой.