1984

Мы не живём, мы разрешены, мы не свободны, мы учтены. Ты не кричишь и не делаешь драм, ты себя давно добровольно сдал сам. Тебя не били — ты аккуратно сам лёг под их практичный железный сапог. Они так и будут поголовно душить, в погонах, лишённые душ. Здесь правда пишется каждый день. То, что было вчера — уже вне закона. Сегодня проснулся — и всё забыл, это правило, это норма, аксиома. Здесь дважды два может быть пять, если так утвердили головы свыше. Чем громче ты будешь молчать, тем надёжнее тебя не услышать. Мы не живём, мы разрешены, мы не свободны, мы учтены. Не кричим, не делаем драмы, мы себя добровольно сдали. Мы не живём — мы удобный строй. Существуй, не дёргайся, рот закрой. Любое отклонение от этой системы решается быстро холодными стенами. Тут ничего не поменяется никогда, мы все идём по дороге в никуда. И не свернуть — здесь нет других дорог, на правду и смелость повесили замок. Война — это мир, свобода — контроль, каждый знает наизусть свою роль. Незнание — сила, так решила вертикаль, закрутили гайки, замкнулась спираль. Память форматируют в лишний утиль, героев несогласных обращают в пыль. Мы не живём, мы разрешены, мы не свободны, мы учтены. Не кричим, не делаем драмы, мы себя добровольно сдали. Мы не живём — мы удобный строй. Существуй, не дёргайся, рот закрой. Любое отклонение от этой системы решается быстро холодными стенами.