В нашу гавань

В нашу гавань заходили корабли, Большие корабли из океана. В таверне веселились моряки, ой ли, И пили за здоровье атамана. В таверне веселились моряки, ой ли, И пили за здоровье атамана. В таверне шум и гам, и суета. Пираты наслаждались танцы Мэри. Не танцы их пленили, красота, ой ли. В таверне распахнулись шумом двери. Не танцы их пленили красота, ой ли. В таверне распахнулись шумом двери. В дверях стоял наездник молодой. Глаза его как молнии блистали. Наездник был красивый сам собой, Ой ли. Пираты сразу Гарри в нем узнали. Наездник был красивый сам собой, Ой ли. Пираты сразу Гарри в нем узнали. О, Мэри, он приехал, Гарри твой. Ребята, он не наш, не с океана. Мы, Гарри, посчитаемся с тобой. Ой ли. Раздался пьяный голос атамана. Мы, Гарри, посчитаемся с тобой. Ой ли. Раздался пьяный голос атамана. И в воздухе сверкнули два ножа. Пираты затаили все дыхание. Все знали атамана как вождя, ой ли, И мастера по делу фехтованья. Все знали атамана как вождя, ой ли, И мастера по делу фехтованья. Вот шумом повалился атаман. О, Мэри, его губы прошептали: "Погиб пират заплачет океан, ой ли. А кровь уже стекла с ножа у Гарри. Погиб пират заплачет океан, ой ли. А кровь уже стекла с ножа у Гарри". О, Гарри, милый Гарри, подожди. Я с атаманом Только пошутила. Но Гарри вышел И захлопнул дверь, Узнав, что ему Мэри изменила. Но Гарри вышел и захлопнул дверь, Ой ли, узнав, что ему Мэри изменила. В нашу гавань заходили корабли, Большие корабли из океана. В таверне собирались моряки, ой ли, И пили на поминках атамана. В таверне собирались моряки, ой ли, И пили на поминках атамана.