Ейск

Их привезли из далёкого Крыма, Прятали детство от страшной войны. Белые стены, кровати, картины, Шум за окном и цветные сны. Им обещали: «Здесь будет спокойно, Море укроет от вражьей беды». Но над Ейском прокатилось войной Чёрное лето сорок второго зимы. Девятое октября. Вечер. Машина стоит у ворот. Кто-то сказал: «Вас отправят лечиться», Но сердце беду узнаёт. Двести четырнадцать детских имён — Каждое было надеждой и светом. Ейск, сохрани их последний поклон, Чтобы услышали взрослые дети. Двести четырнадцать тихих сердец Небо укрыло над берегом синим. Память не знает ни срока, ни лет — Мы никогда их имён не покинем. Тех, кто не мог подниматься, несли, Младшие крепко держались за старших. Двери железные глухо закрылись, Стало темнее и сделалось страшно. «Куда нас везут?» — задавали вопросы. «В Краснодар…» — отвечали солдаты. Машина ушла за осенние росы, Не возвратившись к знакомым палатам. Десятое октября. Утро. И снова чужие шаги. Опустели кровати, игрушки, Смолкли в комнатах детских стихи. Двести четырнадцать детских имён — Каждое было надеждой и светом. Ейск, сохрани их последний поклон, Чтобы услышали взрослые дети. Двести четырнадцать тихих сердец Небо укрыло над берегом синим. Память не знает ни срока, ни лет — Мы никогда их имён не покинем. Сорок шесть возвратились с работы — Тихо вошли в опустевший их дом. Чашки стояли, раскрыты блокноты, Чей-то рисунок лежал под столом. Звали друзей — только ветер ответил, Только качалась пустая кровать. Выживший должен запомнить навеки, Выживший должен о мёртвых сказать. Они не солдаты, Не шли воевать, Они лишь хотели Учиться, мечтать. Держались за руки В кромешной ночи… Земля, не скрывай их. Россия, не молчи! Двести четырнадцать — это не счёт, Это девчонки, мальчишки и судьбы. Пусть над могилой рассвет восстаёт, Пусть никогда это вновь не наступит. Двести четырнадцать детских имён Встанут свечами над берегом синим. Ейский детдом, твой оборванный сон В нашей душе навсегда сохраним. Пока называем погибших детьми, Пока зажигаем огонь перед ними — Они остаются частицей земли, Они остаются живыми… В России.