А память крутит

Мы шли с тобой по парку, вечер догорал, И запах тополей туманом плыл. Но тени вдруг легли на тротуар. Там чей-то голос грубо прозвучал. Их было трое. В наглых их глазах Я прочитал недобрый злой азарт. Я за тебя вступился не со зла, А просто по-другому не умел. А память крутит старое кино, Где мы вдвоем и пахнут тополя. Но все, что было прожито давно, Теперь лишь срок И мерзлая земля. Пять лет как вечность, нож спине как крест. И за спиной конвойный лай. Нет в твоем сердце больше вольных мест, Нет больше нас И нет счастливых глаз. Блеснула сталь и вспыхнул яркий свет. Я бил за честь твою, не жалея сил. Потом сирена, холод и февраль. И прокурор зачитал свой приговор. На скамье подсудимых я сидел, Искал глаза твои среди чужих. Но ты застыла каменной стеной, Как будто мы и не были близки. А память крутит старое кино, Где мы вдвоем и пахнут тополя. Но все, что было прожито давно, Теперь лишь срок И мерзлая земля. Пять лет как вечность, нож спине как крест. И за спиной конвойный лай. Нет в твоем сердце больше вольных мест, Нет больше нас И нет счастливых глаз. Ты подошла, когда конвой позвал. Сказала тихо: "Ждать я не смогу". И словно нож оставила в спине, Который мне все сердце разорвал. А память крутит старое кино, Где мы вдвоем и пахнут тополя. Но все, что было прожито давно, Теперь лишь срок И мерзлая земля. Нет в твоем сердце больше вольных мест, Нет больше нас И нет счастливых глаз.