Хозяйка

Сегодня ночь дьявольский мороз. Открой, хозяйка, бывшему солдату. Пусти погреться, я совсем замерз. Враги сожгли мою родную хату. Пусти погреться, я совсем замерз. Враги сожгли мою родную хату. Перекрестившись истинным крестом, Ты молча мне подвинешь табуретку и самовар ты Выставишь на стол, на чистую крахмальную Салфетку. И калачи достанешь из печи с ухватом длинным Управляясь ловко. Пойдешь в чулан, забрякают ключи. Вернешься со своей заветной поллитровкой. Я поиграю на твоей гармони, рвану твою трехрядку От души. Ну чего сидишь, как будто на иконе? А давай пляши, пляши, пляши! Когда закружит мои мысли хмель и день победы я Не доиграю, тогда уложишь ты меня в постель, Потом сама тихонько ляжешь с краю. А через час я отвернусь к стене, Пробормочу с ухмылкой виноватой: "Я не солдат. Зачем ты веришь мне? Я все наврал. Цела моя родная хата. Я не солдат. Чем ты веришь мне? Я все наврал. Цела родная хата. И в ней есть все: часы и пылесос, И в ней вполне достаточно уюта. Я обманул тебя, я вовсе не замерз. Да тут ходьбы всего на три минуты. Я обманул тебя, я вовсе не замерз. Да тут ходьбы всего на три минуты. Известна цель визита моего: чтоб переспать с Соседкой-вдовою". А ты ответишь: "Это ничего". И тихо покачаешь головою. А ты ответишь: "Это ничего". И тихо покачаешь головою. И вот тогда я кой-чего пойму и кой о Чем серьезно пожалею. И я тебя покрепче обниму. Я буду греть тебя, пока не отогрею. Да, я тебя покрепче обниму и стану сыном, Мужем, сватом, братом. Ведь человеку трудно одному, когда враги сожгли его Родную хату. Ведь человеку трудно одному, Когда враги сожгли родную Хату.