Болезни нашего времени E

Сэмми Упа. Альбом греется, пишется. У одних есть пульс и дыхание, Есть пульс и дыхание. А есть ли жизнь в этом дыхании? Пишем, живем. Пригород, пригород, пригород. Па-па-па-пам. У одних есть пульс и дыхание, Но на выдохе нет этой жизни. У других нет лица, йоу, словно снял скальп мишка Гризли. Всю грязь эту выжми, поглощая солнечное Тепло. Подойдя к зеркалу, спроси у себя, Что же ты за существо, существо, Существо, воу. Существо от слова существование. И ты поймешь, что твоя жизнь и есть наказание, Замыкание, впоследствии возгорание, Сжигание чучела, чтоб совесть не мучила. Выдыхая остатки жизни, раздувая ее Угли. Не знаешь, как жить, так и возьми и Загугли. И он ответит тебе: "Окей, Йоу." Среди полуживых людей, полутеней женщин и Детей попробуй этот мир обогрей среди зверей Пресмыкающихся, подземных обитателей летающих. Погас мот на камеру и прочая движуха, Зависимость слуха, а точнее гнилых дров. Повсюду кариес плюс отсутствие зубов-увов, Зубов-увов. Видимость их наличия, Словно двуличие до неприличия. А ты попробуй отыщи отличия. И если есть мясо, все с радостью присолят, Поперчат. Без зажарки, варки, в сыром виде даже Святые съедят ради лайков и подписчиков. Эти каннибалы зальют фото в чат. И мне реально похуй. И мне реально похуй, кто где и как там Отдыхает, кто на каком авто этих bitches катает. Похуй, ведь кто-то живет, а кто-то выживает. Да еще поколение ждет от хирургического конвейера Отсутствие воспитания. Лишь себя холила да лелеяла. Надутые губы, которым денег мешок и хуй да кисет, Испытывая шок, шок. Так что копи лавандос, употребляя растишку, Сынок. Срок этой вселенной близок истреблению, К концу света, самоуничтожению. Терпению более нет предела. А время сквозь пальцы кричит во все горло. Повстанцы, посланцы небес давно посланы. Уберегите от войны, святые апостолы, Апостолы. Рукой по столу, ведь я на старте пути верен Себе, готов все пройти, ползти на пузе к своей Мечте. Я жив, пока микро в моей руке. Скажи мне, брат, мое музыкальное звучание.