Два часа до Твери

Сел напротив дед с корзиной В свитере с седой щетиной. Я в наушниках смотрю в окно. Все как бывало давным-давно. Перед глазами Немое кино. Лозы, косогоры. А вдруг он: "Сынок, ты не местный?" Что ж, вопрос уместный. Я вынул наушник, сказал: "Да". В жизни моей перемен чехарда. И как-то так, слово за слово, другими Глазами смотрю. Увидел деда снова. Надо ему писать мемуары и Молодежи давать семинары. Два часа незаметно прошли. В прошлый век меня увели. Два часа, два часа до Твери. В детстве он под подушкой хранил сухари. Два часа другой мне открыли мир. Два часа чужой жизни неровный Пунктир. Воевал и любил, умирал и страдал, Добивался, терпел и жизни спасал. Он такое видел. Я словно не жил. Я слушал. Он говорил. Я слушал. Он говорил. Он был молодым, как я сейчас. Тоже шел куда-то, не спросясь. Тоже думал все еще впереди. Только руку протяни и удачу жди. Рассказал про жену, про завод, Про войну один только год, про раны, Что ноют, ночами болят, про внуков, Что в гости к нему прилетят. Про то, как прощался с любимой своей, Как замуж отдал он двоих дочерей. Замолчал, стряхнул слезу со щеки. Показать слабость не по-мужски. Давно это было. Да ладно, сынок. Время такое. Судьба и злой рок. Только раз повезло родиться. Надо на этой земле пригодиться, Вырастить дерево, построить дом и научиться Жить счастливо в нем. Два часа, два часа до Твери. В детстве он под подушкой хранил сухари. Два часа другой мне открыли мир. Два часа чужой жизни неровный Пунктир. Воевал и любил, умирал и страдал, Добивался, терпел и жизни спасал. Он такое видел. Я словно не жил. Я слушал. Он говорил. Я слушал. Он говорил.