Гори, звезда моя, не падай

Гори, звезда моя, не падай, роняй холодные лучи, Ведь за кладбищенской оградой живое сердце не Стучит. Ты светишь августовою рожью и наполняешь Тишь полей такой рыдалистою дрожью неотлетевших Журавлей. И, голову вздымая выше, Не то за рощей, за холмом, я снова чью-то Песню слышу про отчий край и отчий дом. И золотеющая осень, в березах убавляя сок, За всех, кого любил и бросил, листвою плачет на Песок. Я знаю, знаю, скоро, скоро, Не по моей, ничьей вине, под низким траурным забором Лежать придется также мне. Погаснет ласковое пламя, и сердце превратится в Прах. Друзья поставят серый камень с веселой Надписью в стихах. Но, погребальной грусти внемля, я для себя сложил бы Так: любил он родину и землю, как любит пьяница Кабак. Гори, звезда моя, не падай, роняй холодные лучи, Ведь за кладбищенской оградой живое сердце не Стучит. Ты светишь августовою рожью и наполняешь Тишь полей такой рыдалистою дрожью неотлетевших Журавлей. И, голову вздымая выше, Не то за рощей, за холмом, я снова чью-то Песню слышу про отчий край и отчий дом. И золотеющая осень, в березах убавляя сок, За всех, кого любил и бросил, листвою плачет на Песок. Я знаю, знаю, скоро, скоро, Не по моей, ничьей вине, под низким траурным забором Лежать придется также мне. Погаснет ласковое пламя, и сердце превратится в Прах. Друзья поставят серый камень с веселой Надписью в стихах. Но, погребальной грусти внемля, я для себя сложил бы Так: любил он родину и землю, как любит пьяница Кабак.