О жизни и смерти

Как поэту Умирать уже мне поздно. Я уже переступил свой Рубикон. И лик смерти не тревожит так уж грозно. И поётся мной всё чаще в унисон. Он приходит и мне жалуется часто, Что не тот я стал, ни грамма не боюсь. И что выцвела во мне та грань контраста, Что делила жизнь и смерть, когда напьюсь. И чем чаще этот лик ко мне являлся, Становился я с бухнём не при делах. Это ж надо! Чем я реже набирался, Он спивался методично на глазах. Я отпаивал его рассолом даже. Ты завязывай такую твою мать, если ты в Запой уйдёшь. А люди как же? Им же тоже надо как-то умирать. Я лечил его запойную негоду. Ну скажи, ну что же делать мне с тобой? Тебе ж завтра надо выйти на работу, А ты снова в драбадан, опять в запой. И лик смерти разрыдался, как ребёнок. А чуть позже, в предрассветной тишине он Сказал: "Ведь ты ж поэт, Поэт с пелёнок. Вот бы взял и написал бы обо мне. Отчего меня клянут и проклинают? Разъясни им всем, моя ли в том вина? Отчего все жизнь так любят, обожают? Ведь без смерти жизнь не стоит ни хрена". И примчалась жизнь, Рыдала и стенала. Лично видел. Расскажу вам, как своим, Как она лик смерти слёзно умоляла И стояла коленях Перед ним.