Ода врагам

Я снова в кровь разбился, и паденье опять В потеху недругам моим. Да и в глазах друзей сквозит сомненье, Но ничего, остался ведь живым. Не говорите мне, что все пропало. Еще не раз я, может, вниз сорвусь, Но я настырный, я начну сначала. Конечно, если в прах не разобьюсь. Быть может, снова недругам в потеху, И в этот раз друзья махнут рукой и скажут: "Не видать ему успеха". Но, но, но ведь я еще живой. Откровоточат раны, отгноятся, Затянутся рубцы, и снова в путь. Мне надо на вершину ту подняться, Чтоб из ключа Кастальского глотнуть. Однажды средь ущелий, рвов и трещин я все-таки Найду родник живой и девять мною так Любимых женщин напоят вдохновения Водой. И я вернусь не с рифмой Бестолковой, а с рифмой, пожигающей Огнем, с гиппокрены, найденной подковой, Утерянной Горгоновым конем. Все будут поздравлять и улыбаться, Кто искренен, с открытою душой, Но первыми полезут целоваться Иуды, Что смеялись за спиной. И вам за то сегодня бью поклоны, Что злость во мне росла день ото дня. Я благодарен вам, хамелеоны. Спасибо, что не верили в меня. Я благодарен вам, хамелеоны. Спасибо, что не верили в меня.