Пытались сказать E

Ты, наверное, неспроста рэпом увлечен. От рождения до смерти обратный отсчет. Плечом меня в толпе кто-то хочет задеть. На воде вичий, зато твое тело в воде. Беспредел. Что? Ты закрой свою пасть. Поднимаясь высоко, обречены упасть мы не в масть, А тело в ледяной воде. А мама куртку предлагала потеплее одеть. Погоня, черная Приора и кум номера. Типа лязганье затвора. Брат, сам выбирай, уйти достойно и стоять на своем До конца или склонить свое колено пред судьбой, Пацан. What's up? Да я нормально пока на плаву. Вот только братьями все реже я братьев зову. Ау! По колонкам родные сердца. Вместо сложения попробуйте все отрицать. Выражение лица удивленное вновь. Не избавиться вовек от тяжелых оков. Вроде море по колено, но слезы рекой. За нами не глядит былое сквозь лики икон. Застелены глаза чужими слезами. Истрепано давно поднятое знамя. Прости меня, отец, нас не повязали. Умирали арестанты, пытаясь сказать. Застелены глаза чужими слезами. Истрепано давно поднятое знамя. Прости меня, отец, нас не повязали. Умирали арестанты, пытаясь сказать. Я презираю красных и опасаюсь серых. Передвигаясь в черном, значит всегда на нервах. Я не люблю манерных, всех петушином движа. Мне покомфортней там, где носят кепки ниже среди Знакомых хижин и мусорских отделов в посаженных Тазах мы пишем строки смело. Шрам алтаря тела. Я продолжаю делать. Я продолжаю путь, не прекращая бегать, Не прекращая бегать. Меняем, брат, дистанции. Мы не ведем войну, не отжимаем акции. А ваши провокации, разбавив едким дымом, Встречаем новый день в бокале с крепким пивом. И как не стать дебилом, остаться верным близким? Поужинав кафе, а не на строгом смиске, Все так же крутим диски. Кто предал в черном списке, кому повестки в суд, Кому из банков иски. Не нужен кокс карибский, он не стирает память. Надо идти вперед, переступая грани. И все как на экране браслеты тюрьмы, Судьи. И кто ответит, брат, что дальше с нами Будет, что дальше с нами будет? Только ему известно. Он помогает нам. За все спасибо, честно. А этот воздух пресный под наблюдением власти я Выдохну в микро. Пусть сука скалит пасти. Застелены глаза чужими слезами. Истрепано давно поднятое знамя. Прости меня, отец, нас не повязали. Умирали арестанты, пытаясь сказать. Застелены глаза чужими слезами. Истрепано давно поднятое знамя. Прости меня, отец, нас не повязали. Умирали арестанты, пытаясь сказать.