Королевская баллада (Стихи)

Вот тут будут кое-какие неприличные выражения. Я прошу прощения, иначе его написать нельзя. Пол, что он когда выздоравливал уже написал? Нет, это я начал как раз в бреду сочинять. Это я в самые тяжелые дни начал сочинять, это Меня несколько отвлекало и держало. Зовется "Королевская баллада". Когда вьюга к утру, ошалев с тоски, Задерет у ночи подол, но спит еще мирно Гудзонов Пролив и многих, сука, подвел. И спят зэка, как в последний раз натянул бушлат И пока. И вохровцы спят, как в последний раз Научились спать у зэка. И начальнички спят, брови спят и лысины, И усы. И спят сапоги. И собаки спят, уткнувши в лапы носы. И тачки спят, лопаты спят, и сосны пятятся в Тени. И еще не пора, не пора, не пора Начинать им доблестный день. И лишь вертухай на вышке торчит, Но ему не до спящих масс. Он, занят любовью по младости лет, Свистит и дрочит на Марс. А люди спят. И лопаты спят, и земля сопит, Как сурок. Еще до подъема часа полтора, а это немалый срок. И вот в этот час, как тупая дрожь, Проплывает во мгле тоска. И тогда просыпается Белая Вошь повелительница Зэка. А мы ее называли все Королева Материка. Откуда всевластие ее взялось? Попробуй спроси иных. Но пришла она первой в эти края и последней Оставит их. Будет день, и профессор каких-то щей Подобьет на счетах итог и увидит, Что кончились все срока и не капает новый срок. Тогда сложат из тачек и нар костер, И вошь, и забыв раздор, встанут рядом, Рядом зэка и лбы, и написают сот костер Сперва за себя, а потом за тех, Кто пьет теперь Божий морс, кого шлепнули в лед, Кто ушел под Лед, кто в дохлую землю вмерз, кого Колыма от Аза до аза сгоняла в горючий пот. О, как они ссали, закрыв глаза, Как горлица воду пьет. А потом пропоет неслышно труба, И расступится рвань голь, и Ее Величество Белая Вошь Подойдет и войдет в огонь, и взметнутся в небо Тысячи искр. Но не просто, не как-нибудь, навсегда крестом над Млечным путем протянется пшивый путь. Но басенки ложь и побасенки ложь, И не стать им правдой, пока встает, Поднимается Белая Вошь повелительница зэка, Которую мы называли все Королева материка. Говорят, что однажды, в тридцать седьмом, В том самом лихом году, когда в тайге на Всех языках пропели славу труду, Когда призвала страну Колыма к доблестному труду и Ночами покойников штабеля укладывали на льду, Когда покрякивала тайга от доблестного труда, В тот год к Королеве пришла любовь однажды и Навсегда. Он сам напросился служить в конвой. Он сам пожелал в гадлаг. Ему с беспартийной крутить любовь, Ну просто нельзя никак. Он в нагрудном мешочке носил чеснок и деньги, И партбилет. А она Королева, а ей плевать, хочет он или Нет. И когда его ночью столкнули в клеть, Зачлись под леду дела. Она до утра на рыжем снегу слезы над ним Лила. А утром пришли, чтоб его зарыть. Смотрят, а тела нет. А куда он пропал, не узнал никто. И это ее секрет. И потом на конвойных пошел падеж. То им пуля, а то срока. Не простила им слез своих Белая Вошь повелительница Зэка. А мы недаром звали ее Королева Материка. А еще говорят, что какой-то чмырь, Начальничек из Москвы, решил объявить Королеве Войну. Пошел, так сказать, на вы. Он гонял на прожарку, и в зоне изда он Орал и вопил: "Даешь!" А был бы начальник чуть поумней, Он пошел бы с ней на дележ, чтобы пайку Им пополам рубить и трубу пополам трубить. Но начальник умным не может быть, Потому что не может быть. Он надменно верит, что он не он, А еще миллион, и он, и каждое слово его Миллион, и каждый шаг миллион. Но когда ты один, и ночь за окном, И метет за окном пурга, тогда ты один. И тогда беги, если жизнь тебе дорога, Тогда тебя не спасет миллион, не отобьет конвой. И всю ночь говорят над зоной утлы, Протяжный странный вой. Его нашли в одном сапоге и от страха рот До ушей, и на вздувшейся шее тугой петлей Удавка из белых вшей. И никто с тех пор не вопит даешь, И смеется исподтишка Ее величество Белая Ложь, повелительница ЗК. Вот тогда-то ее назвали все Королева Материка. Говорят историю этак и так, То ругань гремит, то медь. Но мы-то знаем, кто вел нас в бой и Кто провожал на смерть. Валеты рвутся попасть в тузы, сменяются мастью, Масть. Но мы-то знаем, какая власть была их Взаправду власть. Но мы-то знаем, какая власть нам в руки дала Кайло. И все мы подданные ее и носим ее Клеймо. Когда-нибудь те, кто придет назад и кто не Придет назад, мы в честь ее устроим парад. И это будет парад во всей Вселенной. Появись, держи свой каторжный флаг отрут Ее Величества Белой Вши подданные пройдут Ее величества Белой Вши данники всех времен. А это сумеет любой дурак по заду втянуть ремнем. А это сумеет любой дурак палить в безоружных с Власть. Но мы-то знаем, какая власть была Их взаправду власть. И покуда не сгинули страх и ложь, И покуда стучат срока, ты ведешь нас и Власть твою, Белая Ложь, повелительница ЗК, Ее величество Белая Ложь, Королева Материка.