Груз 200

Самолет взлетает, В трюме тишина. Ряды цинковых гробов вот такая война. Каждый накрыт флагом, Каждый герой, Но никто из них не вернется домой живой. Я стою у трапа, провожаю своих. Вчера мы смеялись, курили на двоих. Сегодня он в цинке, а я здесь один. Завтра, может, я полечу к нему, Господин. Груз двести это не цифра, не код, Это сын, что не вернется в свой народ. Груз двести это слезы матерей, Это боль, что не залечится от новостей. Груз двести цинковые гробы в ряд. Флаг страны прикрывает лица ребят. Груз двести последний их полет, И встречает их земля, что больше не ждет. Аэродром встречает. Родные стоят в слезах. Матери падают. Ужас в глазах. Отцы стоят, каменные, Сжав кулаки. Жены кричат, сердце рвется на куски. Военные несут гробы с честью медленно. Оркестр играет марш похоронный верно. Я вижу мать, что обнимает цинк руками. Кричит: "Сыночек, открой, я здесь с нами!" Кто-то скажет: "Герои, слава навек!" Но что толку от славы, если нет человек? Они не хотели умирать, хотели жить, Любить, растить детей, мечты свои вершить. Груз двести Это память и плач. Это те, кто отдал все, Не прося удач. Груз двести Вечная им память, покой. Мы не забудем вас, Вы с нами Живой строй. Груз двести это не цифра, Не код, это сын, что не вернется в свой Народ. Груз двести это слезы матерей, Это боль, что не залечится от новостей. Груз двести цинковые гробы в ряд. Флаг страны прикрывает лица ребят. Груз двести последний их полет, И встречает их земля, что больше не ждет.