Лермонтов о Слушать подано.

Молча я прошу: не надо! Может, улетать не стоит. Лишь расстай со мною рядом, напои живой Водою. Без тебя ничей я просто, взгляд направленный к Закату. Ненавижу это солнце, вижу Лишь во сне прохладу. Может, ты найдешь причины Через вечность вновь вернуться? В мои грузные морщины нежным шелком Окунуться. Ночевала тучка золотая на груди Утеса-великана. Утром в путь она умчалась рано, По лазури весело играя. Но остался влажный след в морщине старого утеса. Одиноко он стоит, задумался глубоко, И тихонько плачет он в пустыне. Я желаю на свободу воспарять над всем, Как птица. Жаль, что силам зла в угоду суждено С землей мне слиться. Ты омой меня дождями, чтобы смог я Незаметно двинуть в океан с ручьями, Где ты правишь вместе с ветром. Ночевала тучка золотая на груди Утеса-великана. Утром в путь она умчалась рано, По лазури весело играя. Но остался влажный след в морщине старого утеса. Одиноко он стоит, задумался глубоко, И тихонько плачет он в пустыне. Сердце дрогнуло утеса, раскололась Мать-земля. Потекли, как будто слезы, родники, Стремясь в моря. Часто здесь теперь бывает тучка золотая, И от гроз утес страдает, с грязью вниз Стекая. Ночевала тучка золотая на груди Утеса-великана. Утром в путь она умчалась рано, По лазури весело играя. Но остался влажный след в морщине старого утеса. Одиноко он стоит, задумался глубоко, И тихонько плачет он в пустыне. И тихонько плачет он в пустыне.