Кухонная лирика

Четыре утра. Время, когда говорить правду легче, чем врать. Послушай, как струна плачет. Прямо как мы с тобой иногда. За окном панельки спят, укрывшись серым мглой. Фонарь качает головой, как будто сам не свой. На кухне шесть квадратных метров наш отдельный скит, Где правда матку режет, где душа болит. В пепельнице гора бычков, как памятник ночи. Мы здесь одни, родная, ты только не молчи. Гитара старая, басы немного дребезжат, Но эти струны помнят все, что не вернуть назад. Мы перебрали всех знакомых, перемыли кости. Отсюда не уходят рано, если зашли в гости. Чай остыл давно, но градус разговора рос. На повестке дня один, но главный жизненный вопрос. Эх, Раз, да еще раз, да еще много-много раз. Это кухонная правда без прикрас. Здесь душа летит наввылет, как шальная пуля. Здесь мы настоящие, без масок и ролей. Судьба-злодейка крутит нами, как рулеткой, А мы лечим раны этой горькой сигареткой. И под гитарный перебор, под этот тихий звон мы Выгоняем из себя всю боль и стон. Ты помнишь, в двадцать лет казалось море по колено, А нынче по колено только бытовая пена. Кредиты, пробки, ипотека, замкнутый маршрут. Где наши юные мечты, скажи, теперь живут? Мы стали взрослыми слишком быстро, Как-то на бегу. Я это взгляд твой уставший видеть не могу. Но здесь, сейчас, когда рассвет уже стучится в раму, Мы можем быть собой, не разыгрывая драму. В этих простых аккордах больше смысла, Чем томах, которые пылятся в наших правильных домах. Держись, моя хорошая, нам ли с тобой привыкать? Главное вот так под утро душу не терять. Вот так оно и бывает. Вроде все сказали, А главного не выразить словами. Только музыкой, Только этой проклятой Любимой гитарой. Спасибо, что слушаешь. Эх, раз, да еще раз, да еще много-много раз. Это кухонная правда без прикрас. Здесь душа летит наввылет, как шальная пуля. Здесь мы настоящие, без масок и ролей. Судьба-злодейка крутит нами, как рулеткой, А мы лечим раны этой горькой сигареткой. И под гитарный перебор, под этот тихий звон мы Выгоняем из себя всю боль и стон. Ну все. Спи, тая. Пойдем спать.