Шаурма

Брат, тебе какую? Давай в сырном. Острого добавить? Жги, брат! Чтобы глаза вылезли. Понял. Три часа ночи. Живот поёт романсы. Мы ищем этот свет. Мы ищем эти шансы. Среди пустых витрин горит один оплот. Ларёк на перекрёстке наш спасательный плот. За стеклом маэстро повелитель ножей крутит вертел Судьбы для голодных мужей. Мясо шкварчит, стекает жирный сок. Этот запах пронзает, как электрический ток. Лаваш хрустит, летит капуста в бой. Он собирает этот паззл опытной рукой. Кетчуп, мазик, чесночный. Святые слова. Предвкушения кружится слегка голова. Это не ресторан. Здесь нет официанта. Зато чтобы наесться нет лучше варианта. Шаурма свиток богов, завёрнутый в лаваш. Это ночной калорийный кураж. Соус течёт по рукам и на кроссы. Здесь исчезают любые вопросы. В сырном, в обычном, двойная, цветная. Самая честная, самая злая. Ешь аккуратно, держи её крепче. С каждым укусом становится легче. Первый укус это риск, это русская рулетка. Но мы верим в него, хоть и падаем редко. Кто-то скажет вредно, кто-то скажет опасно, Но мы знаем одно это чертовски прекрасно. Стоим у ларька, жуём в тишине, Как первобытные люди при полной луне. Салфетки летят, но пятно на груди это орден за Смелость, что ждёт впереди. Она греет ладони, она греет душу. Я этот ночной ритуал не нарушу. Пусть завтра изжога, пусть совесть грызёт, Но сегодня шаурма нас с тобой спасёт. В этом мире всё нестабильно. Курс скачет. Бензин дорожает. Люди уходят. Но вертел. Вертел продолжает крутиться. Стабильность. Шаурма свиток богов, завёрнутый в лаваш. Это ночной калорийный кураж. Соус течёт по рукам и на кроссы. Здесь исчезают любые вопросы. В сырном, в обычном, двойная, цветная. Самая честная, самая злая. Ешь аккуратно, держи её крепче. С каждым укусом становится легче. Брат, салфетки есть. Держи. Блин, Всё-таки капнул. На счастье. Ну бывай.