Грибники и Потапыч

Ну что, Серёга? По грибы? Ага. По жидкие грибы. Наливай для рывка. Собрались мы с утра пораньше в лес густой. Сказали жёнам: "Без корзин полных не вернёмся стой!" Надели сапоги, взяли рюкзаки на плечи, Но вместо ножиков и вёдер взяли покрепче речи. Три литра беленькой, закуска, плавленый сырок. Вот такой у нас, ребята, был грибной зарок. Зашли в осинник, сели на первый же пенёк. Ну за удачу и разлили первый пузырёк. Ааа. Эх, грибочки, ягодки, лесная Благодать! Нам сегодня трезвыми отсюда не удрать. Мы идём по лесу, песни орём, А грибы не ищутся. Да и хрен бы с нём. Лиме. После второй бутылки лес стал как-то Кружиться. Тропинка исчезла, и мы начали сердиться. Серёга, где север? Да хрен его знает, где-то там. Мы поняли, что заблудились. Счёт пошёл не по грибам. Бродили час, бродили два. Кричали: "Ау!" Уже не рады были этому лесному рандеву. И вдруг из чащи, ломая ветки, как танк, Выходит бурый огромный лохматый банк. Медведь. Мама! Это Миша. Серый, притворись мёртвым. Какой мёртвым? Я ещё не допил. Он встал на задние лапы ростом метра три. Я сразу вспомнил все молитвы, что были внутри. Но пьяному, как говорится, и море по колено. Я говорю ему: "Потапыч, здорово, Палено! Ты чё рычишь, хозяин? Видишь, люди отдыхают. Мы тут грибы, точнее, стресс снимаем. Давай к столу, братан, не бзди, Садись на пень. У нас ещё осталось. Отпразднуем этот день". О! Эх, грибочки, ягодки, лесная благодать. Нам сегодня трезвыми отсюда не удрать. Мы идём по лесу, песни орём, А грибы не ищутся. Да и хрен бы с нём. Медведь опешил, понюхал воздух, Лапу опустил. Я налил ему в стакан Что было сил. Он взял аккуратно, рявкнул что-то типа: "Будем" И махом опрокинул. Вот это братцы, люди! То есть звери. Закусил сырком, И мы обнялись как родные. Пели песни про тайгу пьяные и шальные. Потом он нас вывел прямо к краю села. Махнул лапой на прощание. Такие вот Дела. Фух, выбрались. Серёга, ты живой? Ага. А где корзинки? Зато с медведем пили. Жёны не поверят.